— А как насчет этого? — спросил Мигель, вытягивая из кузова новенький плащ с болтающейся магазинной биркой. Я присвистнул, увидев цену.
— О, вот он точно для тебя! — рассмеялась Пустельга. — Помнится, Гэвин дождаться не мог подходящей погоды, чтобы напялить его.
— Кстати, о погоде, — подал я голос. — Жарковато становится в кожаной куртке, боюсь, я скоро совсем в ней поджарюсь.
Пустельга пропустила мою жалобу мимо ушей и, сдвинув брови, окинула Мигеля критическим взглядом.
— Ты слишком хорошо выглядишь.
— Спасибо. — Мигель слегка поклонился.
Пустельга рассмеялась.
— Да нет, просто эта штука слишком новая. Бросается в глаза.
Мигель тяжело вздохнул и снял плащ.
Пустельга швырнула его на землю, и велела нам обоим немного потоптаться на нем и попинать ногами.
— Вот, другое дело, — удовлетворенно сказала она, поднимая плащ и стряхивая с него налипшую траву. — Носи! — Протянула она пыльную вещь Мигелю.
— И так всю жизнь, — усмехнулся Мигель, снова натягивая плащ.
Свои небольшие пока еще крылья Пустельга легко спрятала под собственной ветровкой. Усевшись обратно в машину, мы двинулись в сторону городка.
Миновав последний поворот, мы выкатились на вершину холма, с которой открывался красивый вид на лежащий у его подножия небольшой городок. Мы все трое ахнули. Городишко кишел людьми и машинами.
Выбора у нас не было. Мы покатили вниз, туда, в самую гущу.
Глава 12
Ястреб. Уносите ноги
— Без паники, — сказал Мигель, — чем больше людей, тем легче нам скрыться в толпе.
— Определенно тут собралась уже целая толпа ангелов, — фыркнула Пустельга, поглядывая на чудаков в длинных белых балахонах, держащих в руках плакаты: «Добро пожаловать, ангелы!!!!!» — Больше трех восклицательных знаков в конце предложения — признак безумия, — отрезала она.
— То есть нужно для пущей безопасности держаться поближе к психам? — усмехнулся я.
— Во всяком случае, попробовать стоит, — сказала Пустельга и свернула на площадку перед заправочной станцией.
Кроме религиозных фанатиков город кишел подростками с неизменными смартфонами, суровыми охотниками в камуфляже, стайками следопытов-любителей и ярко разодетыми репортерами. Если на улицах и попадались жители этого сонного городка, который внезапно наводнили толпы чужаков, их легко можно было узнать по ошарашенным и раздраженно-усталым физиономиям.
Надвинув на глаза бейсболку, я остался возле колонки заправлять наш пикап, Пустельга и Мигель вошли в здание заправочной станции, чтобы заплатить за бензин. Мне показалось, что лишь спустя целую вечность они снова появились на пороге.
— Проблем не было? — спросил я.
— Парень за стойкой, бедняга, так запарился с бесконечными толпами посетителей, что даже не взглянул на нас, — сказала Пустельга, окидывая взглядом машины других клиентов — странную коллекцию всевозможных марок, форм и расцветок. — Да, мы вполне вписываемся в эту какофонию, — заметила она, когда позади нас пристроился гигантский джип, больше похожий на космический корабль, а справа — розовый «ягуар» с откидным верхом, который, точно изящная каравелла, вплыл на заправку. — По сравнению с ними наш старичок цвета горчицы — совершенный замухрышка. Идея затеряться в толпе оказалась удачной. Похоже, наш план работает.
— Пока работает, — согласился Мигель, вертя в руке свой крестик на черной тесемке.
— Следующая остановка — супермаркет.
Поток машин на дороге двигался с черепашьей скоростью. Я никак не мог взять в толк, с чего вдруг столько людей разом съехали с катушек и ринулись в забытый богом маленький городишко. Не может быть, чтобы причиной этого ажиотажа стал я, точнее — мы трое.
— Представь, что было бы, если бы они узнали, что мы находимся здесь, в этой машине, — с мрачным видом изрекла Пустельга. — Интересно, что они сделали бы?
— Выволокли бы нас наружу и растерзали, — сказал я. Даже прыжок без парашюта с высоты пятнадцать тысяч футов, даже падение с десятого этажа клиники, даже полет без хвоста с верхушки самого высокого дерева страшили меня меньше, чем мысль о том, чтобы оказаться в руках этих людей.
— Они больше похожи на папарацци, преследующих знаменитость, — сказал Мигель. — Хотя тоже так себе занятие.
— Никогда не любила выделяться в толпе, — призналась Пустельга. — Особенно теперь.
Как ни странно, несмотря на то что парковка перед супермаркетом была забита машинами, в самом супермаркете было пусто. Бродившие между стеллажами одинокие покупатели, явно из местных, прятали глаза, что, надо признать, нас вполне устраивало. Кассирши и те не обратили на нас ни малейшего внимания, возмущенно болтая о сбрендивших чужаках.