— Вот же ирония судьбы, — добавил я, неуклюже попытавшись присоединиться к разговору.
— Лично я собираюсь попробовать и другие трюки, — заявил Сокол. Одно крыло он расправил и поднял, второе, распушив перья, опустил. — Пике — это, конечно, здорово, но скучно. А вот «бочка» или «петля»… и что там еще… — Сокол запнулся, безуспешно пытаясь вспомнить названия фигур высшего пилотажа.
— Для начала лучше попробовать «горизонтальную восьмерку», — сказал Ястреб, — намного проще «бочки».
— Перегруппировка в воздухе, — сказал Филин. — При полете на дальние дистанции — важно.
— Ты имеешь в виду клином, как гуси?
— Да. Уменьшается сопротивление воздуха. Один ведет. Ведомые отдыхают. Все летят дольше, — лаконично объяснил Филин.
— Верно. А вести мы сможем по очереди, — согласилась Туи. — В этом есть смысл.
— Надо тренироваться! — с воодушевлением подхватил Сокол. — И тогда мы полетим куда захотим. И никто нас не выследит.
Наступила пауза.
— А как же наши вещи? — спросила Пустельга. — Продукты, спальники, одежда, ну и все остальное?
— Можно попробовать лететь с рюкзаком, надетым задом наперед.
Пустельга сморщила нос и закатила глаза, обдумывая идею.
— А что, если нам снова придется спешно сниматься с места? Вдруг из-за груза мы потеряем скорость?
— В любом случае, улететь мы можем гораздо быстрее, чем удрать на машинах, — сказал Сокол. — И в пробке не застрянешь. На высоте птичьего полета пробок нет, — рассмеялся он.
— Но тащить барахло — устанем быстро, — засомневалась Туи.
— Зато мускулы быстро накачаем, — парировал Сокол.
Стряхнув охватившую меня задумчивость, я подключился к разговору:
— Надо сначала попробовать, посмотреть, что из этого получится, а потом уже решать.
— Согласен, — кивнул Сокол.
— Возможно, у нас и шмоток было бы поменьше, и рюкзаки полегче, если бы наши мальчики нашли наконец свой стиль в одежде, соответствующий их громким заявлениям. Стиль «Я — Икар», по-моему, подойдет вам гораздо больше, чем «Я — оборванец». — Пустельга захихикала и дернула меня за сползший кушак из отрезанного лоскута, которым была подвязана моя футболка. Кушак ослаб еще больше и сполз еще ниже.
Я покраснел и принялся подтягивать кушак. Заправляя под него подол футболки, я изо всех сил старался не фокусироваться на поразившем меня ощущении от прикосновения руки Пустельги к моей обнаженной спине.
— Да, вполне возможно, — буркнул я.
Остаток дня мы посвятили разработке стиля икар. После того как несколько футболок было принесено в жертву дизайнерскому искусству, мы поняли, что оптимальный вариант — самый простой: дыра на спине, вырезанная от ворота до талии. Можно натягивать футболку через ноги до пояса, затем пропихивать руки в рукава, а голову — через ворот. Правда, если передвигаться по земле в такой одежде удобно, то в воздухе футболка наверняка будет ерзать по телу, а подол — вылезать из брюк и задираться наверх, мешая лететь. Мы попробовали последовать примеру девочек, которые крестообразно повязывали длинные куски ткани поверх изобретенных ими блузок, но Сокол начал ныть, что этот девчачий стиль ему не подходит и что он выглядит недостаточно мужественно, когда перевязан тряпками.
Порывшись в рюкзаке, Ястреб вытащил несколько прихваченных им в супермаркете длинных охотничьих поясов со множеством карманов на молниях и липучках.
— Взял на всякий случай, — прокомментировал он свою «покупку».
Обвязавшись поясами крест-накрест, Ястреб расправил футболку и встал в мужественную позу.
— Ну как я выгляжу?
— Хочу такой пояс, — немедленно заявил Сокол.
Слушая одобрительные комментарии Туи и Пустельги, я не мог не признать, что тоже очень хочу пояс с карманами.
После небольшой дружеской перепалки мы по-братски поделили добычу Ястреба. Каждый из нас стал счастливым обладателем «летной портупеи». Кто-то взял себе один пояс, перетягивающий торс по диагонали, кто-то — два, надетые крест-накрест, а кое-кто обзавелся аж тремя — двумя крест-накрест через оба плеча и одним вокруг талии.
— Ну вот, теперь мы настоящие асы, — красуясь, сказал Сокол.
Я одобрительно хмыкнул. Поправляя свое обмундирование, я наблюдал, как Рэйвен помогает Филину надеть портупею. Китаянка подняла руку и потянулась к плечу Филина, широкий рукав ее кардигана соскользнул вниз, обнажив руку до локтя.
— Рэйвен! — невольно вырвалось у меня. — Что случилось?
Она бросила на меня испуганный взгляд и поспешно натянула сползший рукав, а другой рукой прихватила его возле запястья, словно опасаясь, что я силой стану закатывать рукав обратно.