Ястреб пожал плечами, но не успел ответить — Сокол запустил в него мячом для трэшбола.
Я был рад, что разговор прекратился. Никто в Отряде, кроме меня, не верил, что произошедшее с нами — не случайность. Продолжая молиться каждый вечер, я старался не требовать конкретных ответов, но лишь терпеливо ждал, когда Бог направит меня в нужную сторону.
Пока же Отряд был полностью сосредоточен на полетах. Все остальное отошло на второй план.
И это стало нашей главной ошибкой.
Глава 20
Мигель. У нас гости
Я понял, насколько сильны мои чувства к Пустельге, однажды увидев, как она помогает Ястребу чистить крылья. На лице Ястреба застыло умиротворенное выражение, он даже слегка жмурился, словно кот на солнце, пока проворные пальцы Пустельги перебирали перья на его больших светло-коричневых крыльях. Когда же настал черед Ястреба взяться за дело, он потратил на крылья Пустельги гораздо больше времени, чем требуется на обычную обработку перьев. И хотя Пустельга беззаботно болтала с Туи, я видел, как румянец разливается по ее щекам и как подрагивают ее веки при каждом прикосновении Ястреба к ее золотистым перьям.
Глупо было отрицать очевидное: Пустельге нравится Ястреб, так же сильно, как она ему.
Сохраняя невозмутимый вид, я продолжал возиться с приготовлением ужина, изо всех сил стараясь вырвать из сердца огненный шар ревности и швырнуть его в маленькую железную печку для пикника. Не знаю, насколько мне это удалось, но, по-моему, в тот вечер вода в котелке закипела гораздо быстрее обычного.
К моему несказанному удивлению, Пустельга вдруг предложила и мне помочь с чисткой перьев. Она была также внимательна и заботлива со мной, как и с Ястребом, прикосновение ее пальцев к моим крыльям наполняло меня трепетом. Но со мной Пустельга управилась в два раза быстрее, чем с Ястребом. Конечно, ведь во мне она видела лишь хорошего друга. И только.
Терзавшая меня боль оказалась куда острее, чем я ожидал. Я ничего не мог поделать с растущим чувством к Пустельге.
К тому же она постоянно находилась рядом. Присоединялась ли Пустельга к одной из команд, когда мы играли в трэшбол, училась ли каллиграфии у Рэйвен, чертя вместе с ней на песке изящные линии, разучивала ли вместе с Туи характерные движения рук в танце «капа хака», просила ли меня вновь и вновь крутить в руках сухой листок, наблюдая, как он то исчезает, то появляется, пока не сообразила, в чем секрет фокуса, — везде и повсюду я то и дело натыкался на нее. Вечное присутствие Пустельги сводило на нет все мои попытки хотя бы на минуту выкинуть ее из головы.
А Ястреб как будто даже и не предпринимал никаких видимых усилий, чтобы привлечь внимание Пустельги или хотя бы лишний раз просто заговорить с ней. В отличие от меня. Я придумывал разные хитрости, чтобы оказаться рядом, он же действовал с дружеской небрежностью. И все же мне нечасто выпадал шанс побыть наедине с Пустельгой, так что иногда в душе начинало закипать раздражение из-за того, что Ястреб почти всегда, словно бы невзначай, оказывался рядом.
Ситуация становилась все более и более мучительной. Я молился, прося Бога о помощи, но мне и самому было ясно, что я должен найти силы, чтобы справиться с собой.
Однажды мы сидели в наступающих сумерках вокруг костра. Пустельга объявила, что намерена прогуляться, для разнообразия воспользовавшись ногами вместо крыльев. Сокол и Туи болтали, дружно радуясь своим успехам в освоении фигур высшего пилотажа, мы с Ястребом и Филином оживленно обсуждали систему жестов, которую разрабатывали для коммуникации во время полета.
Вдруг ни с того ни с сего Сокол вмешался в разговор:
— Эй, Мигель, а ты когда намерен обзавестись новым именем?
От неожиданности я лишился дара речи и не знал, что ответить.
Ястреб же среагировал мгновенно:
— Если не хочет, он не обязан менять имя.
Сокол пожал плечами.
— Ну, согласись, это немного странно — у всех есть имена птиц, а у него нет. — Он взглянул на меня с укоризной. — Ты член Отряда или нет?
— Никаких правил насчет имен, насколько помню, у нас не предусмотрено, — заметил Ястреб, начиная сердиться. — Так уж сложилось, что мы оказались вместе, специально в Отряд никто не записывался.
— Что значит «так сложилось»? — вскипел Сокол. — Мы все искали друг друга, потому что хотели быть вместе с теми, у кого есть эти штуки. — Он повел плечами и медленно раскрыл свои шоколадные крылья во всю ширь, затем резко захлопнул их.
— Эй, приятель, остынь! — Светло-коричневые крылья Ястреба тоже дрогнули. — С чего это вдруг ты взъелся?