– Нет, не надо. Все нормально.
– Слушай, мне надо с ним поговорить. О будущем группы.
– Это срочно? Давай дождемся ближайшей репетиции.
– Э-э-э, ладно…– протянул Слайд, будто поднимая бэнд .– Я забью место на этой неделе…
– Давай, на следующей. Нам нужно немного времени, чтобы разобраться во всем… Можешь пока ничего не говорить остальным?– она всхлипнула.
– Ты уверена, что мне не надо приехать?
– Слушай, это личное.
– Ладно, я понял.
Они попрощались. Слайд опустил голову и потер переносицу.
– Отлично! Только семейных скандалов сейчас не хватало!
Он подул на окоченевшие от телефонных разговоров пальцы и медленно пошел к станции метро «Парк культуры».
Verse 3:
Через темную ночь пролегла автострада,
И не было больше вокруг ничего.
Полоса фонарей асфальт освещала,
Едва пробивая холодную ночь
Ночь была всюду. И сверху, и снизу–
Реален асфальт в полосе фонарей,
И эта дорога, по сути, повисла
В безвременье тихом. В глухой пустоте…
Она медленно шла босиком по асфальту,
И гасли, один за другим, фонари.
У нее за спиной плавно тьма наползала–
Исчезал этот шаткий, асфальтовый мир
Не знаю я, что было в ней уж такого,
Но, стоило ей подойти к фонарю–
Он вспыхивал, словно последнее соло,
Горел неестественно ярким огнем!
И, как только дальше она проходила,
У себя за спиной оставляя фонарь,
Он, тут же лишившись магической силы,
Беспомощно таял и потухал.
Она медленно шла, забирая с собою,
Последние светочи этой земли–
Все больше крепчала немая тревога…
Но тихие звезды сверкнули вдали!
Они появились почти незаметно,
За горизонтом, за гранью небес,
Кто знает, быть может, является это
Свидетельством вечной души фонарей…
Она медленно мимо меня прошагала.
Из глаз моих вырвались света лучи!
С немыслимой силой затрепетало
Сердце в охваченной жаром груди!
Не знаю я, что было в ней уж такого,
Но, как только дальше она отошла,
Меня за своею оставив спиною–
Застыло вдруг сердце… Погасли глаза…
–Вок. «Ищи меня на небесах»
Слайд сдержал обещание, данное Насте – не сказал участникам группы об их неурядицах с Вокалистом. Как и договаривались, выбил место под репетицию за две недели до будущего выступления – им не нужно было много времени, чтобы просто прогнать старый материал. Он старался не беспокоить парочку, давая возможность утрясти свои проблемы, но пару раз, все же, сделал безуспешную попытку связаться с Воком.
В день репетиции, Слайд решил заехать за без вести пропавшим лидером группы и его девушкой. Он с трудом нашел, где припарковать тачку, постоял у подъезда, разглядывая балконы и вспоминая этаж, и нырнул в открытую дверь, успев придержать ее за вышедшим мужчиной.
Поднявшись на лифте, гитарист потоптался на лестничной площадке, ища нужное направление, и подошел, наконец, к двери.
Пренебрегая звонком, громко постучал:
–Эй, есть кто?
Дверь открылась. На пороге появился помятый Вок с растрепанными грязными волосами, в расстегнутой рубашке, с зубной щеткой во рту, и опухшим лицом.
– Какого хрена! Что у вас тут происходит?! – яростно накинулся на него Слайд, в глубине души, расслабленно выдыхая. – Ты что, бухал всю неделю? А позвонить – не?! У нас тут, между прочим, есть общие дела, если ты забыл! Что ты делал такого важного?!
– Йуа дуал,– из-за зубной щетки во рту, ответ Вока прозвучал невнятно.
– Ты дул?!– Слайд выпучил глаза.
Вокалист вынул щетку и выплюнул зубную пасту прямо на лестничную площадку:
–Думал.
–Е*чий Аристотель! И что ты надумал, пока мы искали тебя в канавах?!– Это было, конечно, преувеличением. Никто не искал Вока. Соло-гитарист прикрыл дела парочки от остальных, уверенный, что у них с Настей просто сложный период.
Вок подвинулся, пропуская Слайда в квартиру, явившую взгляду виртуоза жуткий бардак, и валяющиеся на полу бутылки. Классическая гитара стояла в углу с порванными струнами. Очень плохой знак.