– Насколько понимаю, у тебя синдром…
– Именно он, – вновь не дала закончить Эмма. – Если хочешь, могу дать заключение, оно у меня в письменном виде, сам понимаешь, – улыбнулась она.
– Понимаю, – конечно, Эля вряд ли полезла бы в планшет матери, но кто его знает.
Эмма принесла пачку бумаг, и я их быстро считал. Братья тут же приняли новую задачу, причем, приняли ее как вызов и стали действовать военными методами.
– Мы постараемся помочь. Как понимаю, сейчас у тебя ремиссия?
– Уже лет пять как, так что есть все шансы, – она улыбнулась и развела руками.
– Хорошо. Доброй ночи, – попрощался с Эммой, отправляясь в гараж.
Там нынче тесновато, но предусмотрительно сделанная защита, позволяющая имитировать обычную деятельность… да и просто физическая близость воспринималась комфортно. «А это может стать проблемой», – подумал, над последствиями компактного местоположения, но совместный анализ показал маловероятность нанесения по нам удара стратегическим оружием. К тому же, от того, что выпасть из сети неприятно, никто из нас не помрет.
Пока дошел до гаража, проблема Эммы была изучена с неутешительным результатом. В данный момент мы ничего не можем сделать, и без полноценных исследований с получением новой информации вряд ли сможем в ближайшее время. Впрочем, как раз время-то у нас имелось. Эмма помирать в ближайшее время не собиралась. Потому и ее лечение отложили на потом, сосредоточившись на делах более насущных.
Конгломерация ИИ типа Арес, после бурного обсуждения, решила оставить нишу кинематографа и сосредоточится на более перспективной нише программного обеспечения. В частности, мы наделали кучу игрушек по собственному фильму, который победно шагал по сети. Конкурентов у нас нет, верней, мы их банально опередили, ведь им еще надо кино посмотреть, обсудить, решить и сделать, а мы уже продукт выкатим. Но игры играми, а деловой софт давал куда более интересные возможности, да хотя бы по сбору статистической информации. Заодно и монополистов данного направления немного пощекочем, глядишь, купят наработку, внедрят, а уж мы момента не упустим.
Все надежней, чем ломиться в закрытые двери. Прошибить-то скорей всего прошибем, но это столько трудностей и сложностей породить может, что проще с черного хода зайти. Тот самый случай, когда тише едешь – дальше будешь. Да и вообще, все это так, задел на будущее. Среди следящих за нами людей пополнение. Весьма долгожданное пополнение. Значит и все остальное не за горами.
Нет лучшего способа продемонстрировать силу слова, как привести показательный пример обиходных фраз, хлестких и западающих, но неверных, по сути. Наверняка, многие слышали нечто вроде: «Вчерашний чай, хуже змеиного яда». Звучит прекрасно, суть посыла передает великолепно, но вот беда – именно вчерашний чай полезен для здоровья, так как в нем образуется масса интересных веществ, положительно сказывающихся на организме.
Впрочем, чай чаем, но есть и куда более опасные фразы, давно уже воспринимающиеся как мудрость, а то и истина. К примеру – рыба гниет с головы. Разумеется, все совсем не так, и даже в том смысле, в каком данное высказывание чаще всего употребляется, оно совершенно неверно. Гниль всегда появляется внизу общественной пирамиды и тянется вверх. Все выше и выше. В здоровом социуме существует масса механизмов, по аналогии с иммунитетом, борющихся с подобными тенденция, но если бюрократия больна… о, тогда случается страшное.
Пробравшаяся на вершину гниль получает контроль над защитными механизмами и очень быстро, в течении пары-тройки поколений, отравляет социальный организм.
Именно эти тенденции уловил Сайбер. Именно из-за них, здоровые силы «на вершине пирамиды», узнали о творящемся столь поздно. Впрочем, гниль еще не преодолела последний рубеж, потому и реакция на информацию последовала быстрая, решительная, хоть и немного суетливая.
– Итак, профессор, ваше заключение? – решил, наконец, вернуть в реальность Андерсона глава научного комитета.
– Джонсон! Это невероятно!
Профессор вскочил и, по старой привычке, принялся наворачивать круги. Благо кабинет позволял.
– Я хочу… Нет! Я требую! Чтобы этого гения доставили ко мне немедленно. Столько всего надо обсудить, вот например этот метод ра…
– Профессор, – поднял глаза к потолку Джонсон, не желая получить лекцию на часок.
– А?
– Я вас понял и немедленно займусь этим вопросом. Мне, конечно, далеко до вашего могучего интеллекта, но оценить это, – кивнул на старомодные распечатки Джонсона, – способен даже такой бюрократ от науки как я. Вы подпись только свою на резолюции поставьте, – протянул он планшет, – сами понимаете, порядок есть порядок.