Виверн пригнулся за своим щитом и через вокс приказал братьям последовать его примеру. Впереди шли пятеро щитоносцев, чье прямое наступление должно было ошеломить врага и нарушить строй, позволив другим легионерам пустить в ход комбиболтеры и цепные кулаки. Подобная гибкая и мощная комбинация считалась достаточной для преодоления любого сопротивления на пути Огненных Змиев. Но и она не была безупречной.
Рат оступился и потерял равновесие, всего на миг, но этого хватило, чтобы в его грудь угодил лазерный заряд «Рапиры». Луч пробил упрочненный адамантий и керамит, разорвал поддоспешник и связки плеча, вызвав фонтан искр и крови, что привело к потере руки. Штурмовой щит Рата упал на палубу с едва слышным, но зловещим звоном. Второй луч ударил в солнечное сплетение, оборвал отчаянный крик, образовал на теле дымящийся кратер и вышел через спину.
— Вперед! — взревел Краск. Для следующего залпа лазерным орудиям потребуется время на перезарядку. — Мы избранники Вулкана!
Ба'драк занял место Рата в авангарде, приставил его щит к щиту Виверна и вместе с ним возглавил атаку. Они продвигались шаг за шагом, медленно, но неуклонно наращивая темп. Вслед за ними двигался второй ряд щитоносцев, и вскоре Змии преодолели инерцию, создаваемую тяжелой броней и снаряжением, и атаковали баррикаду.
— Бейте их! — закричал Краск, разбивая баррикаду своим молотом, Крушителем Скал.
Он сделал его собственными руками. Этим мастерски сработанным оружием с более тяжелым, чем у обычного громового молота, оголовьем и удлиненной рукоятью мог сражаться в сочетании с грозовым щитом только сам хозяин. Первому мятежнику он раздробил плечо и услышал громкий треск костей. Второму зубчатой кромкой щита снес голову. Освободив пространство, Виверн сумел размахнуться Крушителем Скал, и молот сбивал мятежников с ног, разбивая броню.
Ба'драк и еще двое легионеров бились своими молотами, и вспышки энергии после каждого удара превращали сумрак в монохромные картины.
Краск, не прекращая уничтожать защитников, подал сигнал второй половине своего отделения.
— Штурмуем баррикаду! — хладнокровно скомандовал он, пронзая грудь поверженного врага острым концом рукояти Крушителя Скал.
Его братья начали разбивать массивные барьеры цепными кулаками, и в этот момент из коридора слева появилась вторая группа защитников. Краск и его люди стояли на пересечении проходов. Три легионера с комбиболтерами приготовились прикрыть их огнем от шквала разрывных снарядов, осыпавшего броню и щиты Огненных Змиев, стоявших на открытом месте. Но в этот момент, извергая огонь, дым и осколки пластбетона, взорвалась секция стены чуть дальше по коридору.
Сквозь неровную пробоину вышло отделение медузийских Бессмертных.
— Прекратить огонь! — приказал Краск, опасаясь поразить легионеров Железных Рук.
Атака еще не закончилась, хотя баррикада была готова пасть. Командир Огненных Змиев мог только с изумленным восхищением смотреть, как Бессмертные в полной тишине вершат свое кровавое дело.
С их губ не сорвалось ни боевого клича, ни возгласа ярости или боли. Они неудержимо шли вперед, но, казалось, не испытывали и тени ненависти к врагам. Сыны Гора провели быструю перегруппировку и открыли ответный огонь. Огненное копье горящего прометия ударило в отделение Железных Рук, прорвалось сквозь щиты и добралось до их брони. Огнеметчик поддерживал давление до тех пор, пока не запылал весь первый ряд Бессмертных.
Вскоре резервуар опустел, и огнеметчик отошел назад. Струя пламени угасла, но Краск увидел, как охваченные огнем Бессмертные продолжают наступать. Ни единого крика, только холодная решимость истребить врагов.
Выстрел из волкита с близкого расстояния оторвал Бессмертному руку и снес половину лица, но тот не подал голоса и продолжал бой. Второй был пронзен искрящимся клинком, а один из его боевых братьев получил удар в грудь двуручным цепным мечом. Ни один из них не проронил ни звука и не отступил.
Бессмертные методично и непреклонно громили мятежников. Баррикада, преграждавшая путь внутрь корабля, наконец пала, и Краск напоследок увидел, что оставшихся мятежников Бессмертные добивают палицами и прикладами болтеров.
Он не наблюдал в них ни агрессии, ни стремления отомстить. Объятые огнем воины уничтожали своих противников, даже не получая от этого удовлетворения.