Даже Ксена взволновало это известие, хоть он и старался скрыть свои чувства.
— Как же мы не знали об этом хранилище? — удивился Занду.
— Отец, по-видимому, многое скрывал. Я узнал только то, что он счел нужным рассказать. — Т’келл развел руками, одна из которых оканчивалась пятью механодендритами вместо пальцев. — Он показал мне хранилище и обозначил цель.
Мудрость примарха ускользала от сержанта. Он покачал головой:
— Мы могли бы воспользоваться этим оружием, чтобы убить Гора и покончить с войной.
— Мне кажется, именно это его и тревожило. Он не хотел убивать своих братьев, тем более Гора.
— Зато они не склонны к подобной сентиментальности, — едко заметил Ксен.
— Любые мятежники быстро доходят до убийств, — печально ответил Зау’улл.
Занду не дождался ответа. В хранилище воцарилось молчание. Воины словно заново переживали гибель Вулкана, глядя на останки его наследия.
Т’келл внимательно наблюдал за ними.
Только Рахз Обек сохранил невозмутимость. Прищурившись, он смотрел на Т’келла. Обек понимал, что Отец Кузни распорядился перенести сюда пепел с «Чаши огня».
«Ты предполагал, что они откажутся, не так ли?»
— Мы все страдали. — сказал Т’келл. — И вы тоже. В наше время многое утратило смысл. Я признаю только разум и логику, но в сложившейся ситуации не вижу ничего разумного или логичного, как и в решениях, принять которые велит нам долг. Но нам придется их принять, ибо в противном случае мы окажемся ничуть не лучше тех, кого презираем, против кого боремся. — Он обвел взглядом пятьдесят стоявших перед ним легионеров, словно оценивая чувство долга каждого из них. — Гарнизонная служба на Прометее не для таких бойцов. Что вы делали, когда горел мир внизу?
— Мы смотрели, — ответил Краск с горечью, которую разделяли все воины в Огненном Зале.
Он поднялся на ноги, заставив загудеть сервомеханизмы доспеха.
— Да, — подхватил Занду, — мы смотрели, когда Гвардия Смерти обрушила ад на нашу землю.
— Подчиняясь долгу, — добавил Обек, скрестив руки с Занду.
— Вы не просто гарнизон, — сказал Т’келл, покачав головой. — Вы называете себя иначе.
— Мы — Лишенные Шрамов, — воскликнул Зау’улл и заметил, как его брат снова кивнул.
— Лишенные славы, — сказал Ксен.
— Лишенные смерти, — поправил его Занду, не скрывая сурового неодобрения. — Я вижу, что ты до сих пор носишь свои почетные отметины, брат.
Ксен нахмурился, и угли его гнева разгорелись ярче:
— Они мои по праву.
— Ты чересчур тщеславен, Ак’нун Ксен.
Все повернули головы к Зеб’ду Варру. На мгновение им померещилось, что примарх вновь среди них — в обличье этого легионера. Потом Варр улыбнулся, и вспышка страсти в его взгляде развеяла иллюзию. Но Ксен никак на это не отреагировал. Т’келл продолжил.
— Вулкан возложил на меня священную обязанность, — сказал он, мгновенно завладев вниманием всех собравшихся. — Это был его последний приказ перед отлетом к Исствану Пять. Он предвидел эту войну и боялся ее. Боялся не за свою душу или тело, даже не за своих сыновей. Владыка опасался вреда, которую она принесет всему человечеству. И зла, которое могли принести созданные им шедевры. Его наследие было предназначено для Великого крестового похода, а не для разрушений и убийства братьев-легионеров в этой междоусобной войне. Он поручил мне уничтожить все, но я не примарх, и я не обладаю его силой воли и целеустремленностью. Я мостил его оставить хоть что-нибудь, и наш отец внял моей просьбе.
— Так значит, здесь не все? — спросил Зау’улл, показывая на пепел под ногами. — Какие-то из этих вещей еще остались?
Т’келл мрачно кивнул, словно сохранение артефактов было для него непосильной ношей.
Ксен коротко рассмеялся. Невесело и едко.
— Зачем нужно было это представление, — заговорю он, — чего ты хотел добиться, заставив нас стоять в этой пепельной могиле и рассказывая о своем долге?
— Я должен был убедить вас.
— В чем?
Обек уже достаточно увидел и услышал. Он шагнул вперед:
— Хватит, Отец Кузни. Скажи им, что тебе от нас требуется.
Т’келл слабо улыбнулся:
— Мне требуется ваша помощь, чтобы выполнить последний приказ Вулкана.
— Так объяви его, — сказал Занду, явно уже принявший решение.
— Осталось семь артефактов, и их необходимо увезти далеко от Прометея, чтобы никто и никогда не смог их найти.
— Но, Отец Кузни, если они настолько опасны, почему бы не уничтожить их вместе с остальными? — спросил Ксен.