А ещё не открывая глаз интересно подумать насчёт попутчика. Михаил наконец-то вспомнил, с чего фамилия сразу показалась знакомой, но никаких ассоциаций не вызвала. К знаменитому первооткрывателю Сибири эти Хабаровы отношения не имели. Разве что, скорее всего, фамилия имела тот же корень. Хабар — имущество, добытое каким-либо образом в походе. Хабаровы были примечательны тем, что их семья активно участвовала в освоении Сибири… и при этом не менее старательно отбрыкивалась от статуса дворянина. До Москвы — далеко, прокурор в тайге — медведь, а все дворянские привилегии стоят ровно столько, сколько можешь ты сам и сколько стволов за твоей спиной. Зато дворянство — это ещё и обязательства перед императором. В итоге этот богатейший и разветвлённый род стал дворянами лишь в конце девятнадцатого века и исключительно потому, что тогдашний император натуральным образом выкрутил Хабаровым руки. Но и дальше они старались на яркий свет не вылезать, хотя дважды могли получить боярское достоинство. Зная прошлую версию событий, Михаил их более чем понимал. Набрав силу, Воронцовы разгромили и уничтожили остальные боярские семьи. Хабаровы остались в тени, уцелели — именно они тогда и возглавили восстание против Воронцовых.
Но это в уже несостоявшейся реальности. Здесь же Хабаровы по-прежнему тёмные лошадки. Интересно, вчера этот Михаил Потапович удачно воспользовался ситуацией переселиться поближе к Михаилу из каких-то своих планов — или это паранойя играет, а всё просто совпадение?
— Доброе утро, тёзка. Или, скорее уже добрый день. Крепкий сон — удел молодости, а также тех, кто переутомился. Я правильно понимаю?
— Да, наверное, — Михаил поднялся и сел на кровати. — И сколько сейчас времени?
— Уже обед. Ваши сёстры давно позавтракали, составили нам компанию. Нам — это моей жене, внучке и снохе. И судя по голосам, сейчас сидят в соседнем купе и играют в какую-то игру, которой ваши сёстры научили мою внучку. Какой-то «крокодил».
— А? Да, — Михаил попытался выгнать из головы остатки сна. — А наши попутчики где? — и показал на две пустые полки, с которых даже убрали постель.
— А они утром сошли. И проводник мне сказал, что новые ожидаются лишь вечером. Потому сегодня нам повезло. И отсюда предлагаю вам составить мне компанию пообедать, а вам позавтракать. Судя по голосам, девочки затянули в игру остальную мою семью, и это надолго.
— Э-э-э. Спасибо. Только в душ схожу, проснусь.
Михаил взял банные принадлежности и отправился в конец вагона, ощущая себя будто в каком-то дорогом отеле: пижаму, халат и тапочки выдают, костюм за ночь почистили и отгладили. Вагон-ресторан ощущение дорогой гостиницы усилил. Господство стиля ар-нуво, повсюду хрусталь посуды и белоснежные скатерти на столах, фрески растительных орнаментов на стенах, витиеватая гнутая мебель и детали интерьера, в которой сплошь линии, напоминающие волны или извивающуюся лозу. Уютная и обволакивающая, умиротворяющая атмосфера, официанты в чёрных смокингах беззвучно как тени рассекают от столика к столику.
— Что посоветуете, Михаил Потапович? Раз вы здесь уже утром были? Чего-то порекомендуете из здешней кухни?
— Не гурман, как меня ни старались научить. Но вино здесь так себе. И сыры к нему не очень.
— Вино я и так не хочу, благодарствую. Не стоит прямо с утра, а для меня, — Михаил улыбнулся, — пока ещё утро. Про сыры учту.
Дальше они какое-то время ели и говорили о пустяках, вроде недавно предложенной градостроительной концепции развития Москвы. Оба были далеки от строительной отрасли, и тему выбрали скорее как наиболее обсуждаемую этим летом в столице. И тут Хабаров неожиданно сказал:
— А хотите, немного мысли прочитаю? Вы как встали — мучитесь, специально я с вами сошёлся, или совпадение, но я им с удовольствием воспользовался. Честное слово — совпадение. Не обижайтесь, но на данный момент у нас с вами слишком разные категории в обществе.
— Спасибо за честность, да я всё понимаю. И более того, честно отвечу — если бы мог, я бы свою категорию занизил ещё сильнее. Если бы не необходимость дать сёстрам образование — уехал бы куда-нибудь на Камчатку, — сухо ответил Михаил.
— Вы действительно очень интересный человек. Михаил Юрьевич, — на довольно резкий ответ собеседник явно ни капли не обиделся. — Вот мне и стало любопытно на вас посмотреть. Не удивляйтесь, но вы и ваш род последний месяц — одна из самых обсуждаемых тем в салонах. Даже принимают ставки, сможете ли вы удержаться и в итоге создать самостоятельный род, или в итоге через год вас всё-таки кто-то да съест.