- Мы найдем другой путь, - умоляю я. - Ты даже не знаешь, будет ли полезна информация, которую они предоставят. Ты можешь пожертвовать своей жизнью просто так.
- Послушай её, - призывает Тойол, - Откуда нам знать, что мы можем остановить Призыв? Раньше никогда такого не происходило.
Легион, даже не потрудился посмотреть на нас. Он просто продолжает чистить оружие, хотя оно с ночи все безупречно вычищено.
- Тогда пришло время узнать. Я не для того посвятил жизнь Се7мерке, чтобы при первых трудностях, бежать от них. Я сказал, что защищу тебя, значит, я это сделаю. Или умру, пытаясь защитить.
Разочарование пронизывает мой голос, и я подхожу так близко, что ощущаю жар, исходящий от его могучего тела.
- Но нет никакой гарантии, что ты сможешь, Ли. И я не хочу, чтобы ты махнул рукой на все, над чем так упорно трудился - боролся - ткнув пальцем в небо. Прошу. - Рискнув и подойдя еще ближе, я осторожно опускаю руку ему на плечо.
Сначала Ли вздрагивает от моего вторжения, но прежде чем я успеваю отстраниться, он кладет руку на мою и удерживает.
Не знаю, что это, возможно ощущение кожи к коже или просто эмоции из-за пережитого дня, но я слышу, как, признаюсь.
- Я не боюсь, Ли. Я не боюсь умереть.
Его голос тихий и с оттенком скрытой печали.
- Ты готова отказаться от себя?
- Если на, то пошло - да. Если это значит, что ты будешь жить - да.
- Ну, а я нет. - Разорвав обжигающее прикосновение, он смотрит на оружие, лежащее на столе.
Я бросаю умоляющий взгляд через плечо на Феникса. Он должен достучаться до него. Он не может позволить другу - брату - рисковать всем ради меня.
Легион слишком важен для Се7мерки. Слишком важен для...
В моей голове эхом звучит голос, но не тот, который шепчет приказы, причиняющие боль и несущие за собой жестокость. Это не голос моей совести. Это голос хрупкой королевы с глазами ночи и дня.
"Ужин в ресторане в приватной столовой в семь. Тогда все будет раскрыто. Верь, Иден".
А затем она исчезает, прежде чем я успеваю понять, что она незаметно прокралась в разум.
- Ужин в семь. Внизу, в ресторане, - вытаращив глаза и побледнев, повторяю я.
- Как ты узнала? - спрашивает Тойол.
- Габриэлла сказала. Она... только что проникла в мой разум, так же как делаю я.
Но качественнее, должна признать. Ее контакт прошел безупречно. Я даже ничего не почувствовала. Он, казался, таким ненавязчивым, словно она просеялась через мои мысли или воспоминания. А ее голос такой четкий, словно она стояла передо мной и шептала на ухо.
Если без моего позволения Габриэлла могла проникнуть в мою голову, ... на что она ещё способна?
Как легко она могла бы заползти в самые пыльные, темные уголки моей души и раскрыть секреты?
Как невероятно просто ей удалось бы уличить меня в том, что на самом деле я собой представляю и что сделала?
Паника, сжимая горло, душит по объяснимым причинам. Я не знаю, смогу ли справиться со всем этим. Не могу позволить ей или еще кому-то в этом роде просто так залазить в мою голову. Это не только будет, стоит Легиону жизни. Это будет стоить мне... всего.
Мы соглашаемся оставить разговор на потом, и я благодарна, что есть несколько минут побыть наедине с собой и подготовиться к ужину. Ненавижу признавать, но мне страшно. Легион говорит, что хочет защитить меня или умереть, пытаясь защитить.
Но как долго он будет проявлять ко мне милость, после того, как узнает, что я натворила? Буду ли я все еще достойна спасения?
Я встряхиваю головой, надоело мучить себя вопросами, только потому, что слишком труслива, чтобы ответить на них. Дело пошло и если я сейчас вмешаюсь, то могу лишь сделать хуже... всем нам.
Но все же, я должна попробовать. Не для себя или моих эгоистичных побуждений. А ради Легиона. Хоть раз, я должна поступить правильно.
Поскольку я собиралась налегке, то держу платье и босоножки, которые мне положила в сумку Лилит. Я поправляю волосы и макияж, придавая себе более смелый и гламурный образ с красными губами и распущенными локонами.
Я вспоминаю слова Легиона, сказанные ранее, и про себя улыбаюсь, прикасаясь рукой к ложбинке на горле. Он сказал, что я очаровательна. Ничего не могу с собой поделать, но интересно, будет ли он чувствовать это после сегодняшнего вечера.
Мы спускаемся в ресторан, в тишине, задумавшись, что уготовит для каждого из нас этот ужин. Габриэлла сказала, что все раскроется, и пока меня это пугает и одновременно не терпится узнать, что она имела в виду.
Что они надеются найти и как? Должна признать мир Темных и Светлых зачаровывает меня. Знать, что такая безграничная сила существует на земле, незамеченная ходит среди людей веками, кажется мне нереальным.