Учитывая все, что он значит для меня.
Я быстро одеваюсь и выхожу в коридор. Легион стоит, прислонившись к двери напротив лазарета - двери, как сказал Феникс, которая ведет к хранилищу.
- Готова?
Нервно улыбнувшись, я пожала плечами.
- Как никогда.
Он открывает дверь, и первое что меня поражает так это запах. Выжженная земля и палёное дерево, и какие-то благовонья. Единственным источником света в огромном пространстве являются свечи, которые отбрасывают золотое сияние с разных точек комнаты.
В центре комнаты полукругом стоят остальные члены Се7мерки в ожидании своего лидера. Легион кивает мне и оставляет около входа, а сам делает шаг вперед и завершает петлю вокруг большой, запечатленной в полу, звезды.
Пентаграмма. Святое дерьмо, это сатанинский ритуал.
- Это не то, что ты подумала, - говорит Легион, прочитав беспокойство на моем лице.
Я киваю, но не смею сделать шаг ближе. Теперь, когда мои глаза приспособились к тусклому свету, я оглядываю комнату. Высокотехнологичные тренажеры стоят на противоположной стороне в комплекте с подвешенными к потолку тяжелыми грушами.
На другой стене висят мишени, некоторые изрешечены. У них здесь есть оружие.
Как? Я имею в виду, да, комната огромная, в два раза больше общей спальни. Но как люди не слышат звуки стрельбы с улицы?
По той же причине, почему кричать было бесполезно, когда меня привезли сюда впервые.
Все звуконепроницаемое. Черт, не удивлюсь, что есть какое-нибудь заклинание, которое сдерживает шум.
- Начнем, - призывает Легион. Я чувствую взгляды других на себе, они сомневаются в моем присутствии.
Без сомнения, Каин в бешенстве. Но Легион игнорирует их и подходит к маленькому столбу у стены. Красная декоративная подушка лежит на нем, а сверху на ней кинжал.
С почтением Легион осторожно берет кинжал в ладони. Рукоять кинжала украшена мерцающими красными драгоценными камнями, которые кажется, пылают от прикосновения Легиона.
Он встал между Фениксом и Каином.
- Клятва на крови показывает единство Се7мерки, - заявляет Легион, в его голосе слышится древний акцент. - В этом мы едины, поскольку наша цель единственная. Наша жертва - кровь, олицетворяющая жизни, которые мы должны забрать, чтобы спасти тех, кто не может спасти себя от несправедливости. Это усиливает нашу связь и нашу решимость. В этом кругу мы принимаем единую сущность.
С этими словами он режет кинжалом открытую ладонь, и густая кровь капает на пол. Ли передает кинжал Фениксу, он делает то же самое, а затем они берутся за окровавленные руки.
Рядом с Фениксом стоит Лилит. Она забирает у него кинжал и не только режет себе руку, но и Фениксу тоже, прежде чем сжать его руку.
Дальше все происходит по кругу, до тех пор, пока кинжал снова не возвращается к Легиону, Каин отпускает почести, режет себе обе ладони, после чего возвращает кинжал обратно на подушку.
Затем Каин возвращается, оставляя за собой кровавый след, чтобы взять лидера за руку.
И затем я чувствую странный запах.
Их кровь... движется. Стекается к центру. Она буквально скользит, одновременно создавая большой темно-красный бассейн.
Се7мерка начинает напевать - на языке, который я никогда не слышала и, наверное, о котором никто не знал - в унисон. Начиная с низкого ропота, они увеличивают тембр, громкость и скорость. Выкрикивая мифические слова и магические заклинания, они вызывают сильный, холодный ветер, который раздувает мои волосы и от которого по коже бегут мурашки.
Я отхожу назад, насколько могу, пока не врезаюсь в кирпичную стену. Пение достигает своего апогея, и с диким, почти животным визгом - возможно, это звук издала я или кто-то другой - свечи вспыхивают огнем.
Тишина. Тишина, которая присутствует только в смерти.
Внезапно, комнату охватывает огонь, свечи вспыхивают злым пламенем. И то, что свет показывает, чертовски меня пугает. Я больше не вижу Се7мерки. Я вижу зло.
Оставаясь на месте, они превращаются в чудовищ. Монстров. Рогатых, краснокожих существ со светящимися глазами, которые мучают вас в ночных кошмарах и преследуют в часы бодрствования.
Они мерцают, словно явление - простые вспышки призраков, которые пытаются закрепиться на этом уровне. Однако, это нечто самое ужасное, что я когда-либо видела, и мои легкие разрываются от крика, который чужд даже моим ушам.
Их голоса, на это раз мрачные и бесчеловечные, заглушают мои крики, и они остаются неуслышанными.
Головы монстров продолжают мерцать, демонстрируя мне вспышки ужасающего зла. Я не могу на это смотреть или зажмуриться, поэтому я приседаю и прячу голову в коленях. Мои джинсы влажные от слез, а тело скованно страхом. Я не могу убежать, даже если бы могла.
Я думала, что знала страх перед лицом бедного, проблемного ребенка, который родился и вырос в опасной части Чикаго. Как я ошибалась.
Минуты, может быть, часы, хотя мне кажется, что время остановилась, но я точно не уверена. Я слишком напугана, чтобы поднять голову. Что, если они всё ещё там, стоят в своих истинных формах и ищут человека, которым можно бы полакомиться?
Теплая рука касается моего плеча, и я кричу, отбиваясь руками. Легион осторожно хватает меня за запястья и притягивает к груди.
- Шшш. Это я, хлопушка. Это я.
Я не перестаю с ним бороться, потому что знаю, что это он. И что он... действительно Ад на Земле.
Но Легион не прекращает обнимать меня, не прекращает успокаивать словами. Он показал мне, какой на самом деле и я не могу справиться с этим. Я больше не вижу в нем того сильного, стойкого и прекрасного воина.
Я могу принять убийцу, окутанного легендами и тайнами. Но не знаю, достаточно ли я сильна, чтобы принять это. И это истинная причина моих слёз.
Он прижимает меня к груди, пока мои крики не превращаются в рыдание, и я оседаю в его руках, больше не отталкивая, а наоборот прижимаясь еще плотнее.
- Мне очень жаль, - шепчет он мне в волосы, целуя дыханием сбитые локоны - Я не хотел тебя пугать.
- Тогда зачем? - мой голос охрип от крика.
Легион поднимает мою голову за подбородок, чтобы я встретилась с ним взглядом. Его глаза наполняет сила, которую я не могла себе представить в самых мрачных ночных кошмарах. Я изо всех сил стараюсь не отвести глаз.
- Я хотел, чтобы ты меня увидела и всех моих демонов. Так же, как я вижу твоих. Ты хочешь мужчину, но захочешь ли ты монстров, живущих в нем?
Я не отвечаю ему.
У меня просто нет ответа.
Глава 26
Истощение приходится двоюродной сестрой страху, и когда я перестаю плакать, мне кажется, что я не в силах открыть глаза.
Легион по-прежнему занят делами Се7мерки, а я не могу представить, что усну после проведенной ночи, но все же засыпаю сразу же, как только падаю на кровать.
Однако усталость не справляется с кошмарами. А учитывая то, что увидела - почувствовала - кажется, делает кошмары более яркими.
- Дорогая Сестра, - мурлычу я, пропуская через свои окровавленные пальцы ее локоны. - Знаешь, это скоро закончится. Просто скажи то, что я хочу услышать, и все исчезнет.
- Зачем ты это делаешь? - плачет она - Зачем причиняешь боль всем этим невинным людям?
- Причиняю боль? - смеюсь я. - Я никого не трогаю, Сестра. Это ты, ты все делаешь.
- Нет, - она качает головой, а слезы скатываются по испачканным кровью щекам. - Ты ведь знаешь, что это ты делаешь. Как ты можешь быть такой злой?
- Злой? - снова зловещий смех вырывается из моей глотки. Я наматываю волосы Сестры на кулак и резко тяну назад, теперь наши лица разделяют лишь несколько дюймов.
Сестра старается вырваться из моей хватки, но она в полной власти моего гнева. Закипая от презрения, я оскаливаюсь и шепчу ей на ухо: