– В нём…я вижу глубокое море, а в нём большой потонувший корабль.
Джанни молчал. Его взгляд переместился вниз, остановившись на собеседнике. Только сейчас юноша смог разглядеть черноту его глаз. Ему вовсе не показалось, в них и правда будто больше не проникал свет – слишком далеко.
– Значит вон оно как… – выдохнул Джанни, – Тогда, что же ты здесь забыл, мальчик?
– Я хочу увидеть мир, хочу испытать себя. Я хочу всё изменить.
– Изменить? Всё? Ты это что ли…мир изменить вздумал?
Громкий рокот смеха пробежался по всему кораблю. Теперь же Джанни задыхался. Его лицо, его голос, его смех – всё это лишь вызывало отвращение. Лео не понимал, что его так насмешило, не понимал, за что сейчас ему было стыдно. Ведь это чистая правда.
– Почему вы смеётесь надо мной?
– О нет, мальчик мой, я это не над тобой смеюсь, а над собой, – переведя дыхание, сказал Джанни – Я увидел правду в твоих глазах. И я благодарен тебе за это, ведь сам не способен на такое. Поэтому тоже хочу дать тебе совет. Забудь ты об этих путешествиях.
– Позвольте, но Вы ничего не знаете обо мне, чтобы говорить подобное. Вы ничего не знаете о нас.
– Дело твоё, но так ты лишь погубишь себя…
– Хватит! – глаза юноши заполонила ярость. Лео поднялся с места. Он не желал больше этого слушать – Я не такой как Вы!
– О, милый мой, да ты врёшь сам себе…
Но Лео уже не слушал его. Он шёл в общую комнату, чтобы как можно скорее предаться сну. «Этот старик просто сумасшедший, откуда ему знать, что у меня на уме?» – думал он. Однако отчего-то эта фраза никак не выходила у него из головы. Даже сейчас, находясь на волосок от смерти, юноша почему-то вспомнил того старика, его улыбку и тусклые глаза. После того происшествия они больше не разговаривали. Лео лишь изредка видел, как тот всё продолжает сидеть на своём привычном местечке, прикрыв маленькие глаза и облокотившись на перила. Как же он был одинок.
Юноша помотал головой. Это не могло быть правдой. Его дар ошибся. Точка.
Караульщик сменил положение, развернувшись к беглецу спиной. Уловив момент, Лео дернулся, но вдруг из-за угла послышались чьи-то голоса. Кто-то собирался заворачивать в переулок. По спине пробежал холодок. От всей былой смелости не осталось и следа. В один день всё его путешествие может подойти к концу. "Ты погубишь себя" – пронеслось у него в голове.
Лео бросился бежать. Не разбирая дороги, он сворачивал сначала в один переулок, затем в другой, петляя, запутываясь все больше и больше. Казалось, одни дома напоминали другие, всё вокруг было похоже друг на друга. Расстояние становилось длиннее, всё проносилось, как мимолётная вспышка. Лео потерял бдительность, он действовал очень опрометчиво. На очередном повороте он столкнулся с группой людей. Их образы были призрачны, голова начинала кружиться от подступающей паники, с уст слетел крик.
Он врезался в них на полной скорости и потерял равновесие. Молодой парнишка, стоящий впереди, рухнул вместе с ним, подняв клубы песка. Послышались крики. Юноша быстро вскочил и побежал дальше, еле переставляя ноги. Кажется, он заработал себе рану, но это ничего. Ему чудилось, что его преследуют, что кто-то неизменно идёт на ним по пятам, следит за каждым его шагом. "Нужно бежать! Скорее! Как можно дальше отсюда"! – гремел он.
Из-за угла показалась чья-то рука. На момент, когда Лео приблизится к ней в плотную, она была ему уже где-то по грудь. Мертвой хваткой она схватила его за плащ и повалила на землю. Всё произошло в мгновение ока, так быстро, что юноша просто не успел среагировать. Мир перевернулся, а на его месте появилась женская фигура. Кудрявые волосы, переваливаясь через узкие плечи, спадали вниз, отдавая знакомым запахом цветов. Дикарка. Теперь Лео мог как следует рассмотреть её. У девушки была смуглая кожа, с россыпью веснушек около глаз и носа. Глаза наполнял глубокий синий цвет моря во время шторма. Их взгляд пронзал и пленял одновременно. Казалось, что в них можно было утонуть, ровно как и в глазах того старца. На шее был завязан кожаный ремень в два оборота, со временем посеревшая блуза неуклюже выпирала из-под ремня на поясе, к которому крепилась тонкая леска, а её верхние пуговицы были и вовсе оторваны. При наклоне ткань сильно отходила от кожи, открывая её. Лео залился краской. Послышался звон. Девушка плотно зажала его рот рукой и кротко кивнула куда-то в сторону. После чего она поднялась с колен и медленно зашагала по переулку, из которого недавно выпрыгнула.