– Мы и стали чужды обществу – в один голос с матерью закончила девочка. – Матушка, я слышала эту историю уж много раз, и знаю её конец. Но всё не могу понять. То, что сделали люди, это ведь неправильно, разве нет?
– Да, неправильно, – подтвердила матушка, – но так уж устроен мир. Добросовестные люди не хотят иметь дела с тем, чего не понимают. Для них мы монстры. И именно поэтому ты должна быть сильной. Даже если это и означает скрываться до скончания времён. Уяснила?
– Неужели слово и впрямь вещь такая могущественная?
– Именно так. Слово способно изменить этот мир – вот почему люди так его бояться. Поэтому пообещай, что никогда не воспользуешься этим даром!
– Хорошо, матушка…
Мишель удовлетворительно кивнула.
– А теперь тебе пора спать. Остальное обсудим завтра, если хочешь. Обещаю.
Задержав взор на ещё одно мучительное мгновение, Мейли, ничего не говоря, заковыляла прочь из комнаты. Усталость сморила её и матушке оставалось взамен лишь проводить ту взглядом, пока маленькая фигурка окончательно не растворилась в дверном проёме.
– Пусть же она станет тем, кем сама пожелает, – шёпотом пробормотала она. – Это всё, о чём может мечтать человек.
Воцарилась тьма. Где-то стрекочут сверчки, шелестит ветерок между деревьями, играя листочками. Ночь нужна как природе для отдыха, так и человеку для сна. Ночью люди отдыхают, мозг их переваривает информацию, полученную за день. Все видят странные сны, путешествуют загадочными странами и землями, могут увидеть волшебных существ, научиться летать и дышать под водой. А на утро все снова оживает, начинает дышать полной грудью и жить полной жизнью.
Так наконец и матушка впала в мучительное забытие, на протяжении которого её взор постоянно тревожила одна бесплотная фигура. Черты её лица расплывчаты. Она стоит тихая и неподвижная. За спиной земля осыпается целыми пластами, до самого горизонта уже не осталось ничего, кроме безбрежной пустоши. Откуда-то вздымался чёрный дым. Его завитки обволакивают неподвижное тело матушки, закручиваясь вокруг шеи на манер скрюченных пальцев. Дым пахнет чем-то сладким, но в следующий миг в ноздри ударила едкая вонь. А впереди та самая пустота, что была в начале, перед тем как на небе воссияла Кровавая луна.
Матушка вполне отчётливо видела грядущее. Оно наступило утром следующего дня.
Глава 5.
Лео.
Архипелаг Новый Усуи, о. Дион
23 ноября, 1317 год.
К вечеру затянувшие всё небо тучи неожиданно разошлись. По остывшей земле побежали длинные тени. Алый солнечный диск, точно на перину, прилёг у горизонта на лёгкие облака. Наступал тот час, когда день ещё не до конца сменяется сумерками, но очертания предметов уже приобрели необъяснимую, таинственную расплывчатость.
Совсем недавно убранные пристани заполнились шумным людом. После длительного дня все спешили как можно скорее попасть домой. Разгружая битком набитые рыбой старые деревянные лодчонки, местные, казалось, и вовсе не задумывались о том, что делают. Затеряться в такой суматохе очень легко – идеальное время для карманников, простор для нарушителей закона. Однако, от чего-то Лео медлил. Уж как несколько часов кряду он то уходил, то вновь возвращался в своё маленькое укрытие, где, по его мнению, удобнее всего можно было наблюдать за меняющейся вокруг обстановкой. Всё казалось ему таким пугающим и полным ужасов, будто сделай он хоть шаг и тьма тут же поглотит его, не оставив ни кусочка.
Караульщик на вышке обернулся, внезапно заметив лёгкое шебуршание в глубине одного из переулков. Волосы у юноши встали дыбом. Его охватил леденящий сердцу ужас, голос пресёкся, крик умер на губах. Наблюдатель сделал шаг вперёд. Лео попятился. В тени домов проще затеряться, но солнце ещё недостаточно село для полной темноты. Никогда ещё он так не боялся за собственную жизнь, будто бы одного взгляда достаточно, чтобы раскрыть его секрет.
Но Лео не виноват, что родился таким. Была бы возможность, он сразу же избавился о этого чертова дара. Почему люди должны презирать его? Почему он всю свою жизнь должен скрываться и прятаться в трущобах, если хочет творить и прогреметь на весь мир, как лучший музыкант? "Так мы искупаем свою вину" – говорила ему матушка, но Лео не желал слушать. Он ненавидел себя, ненавидел этот мир за то, что сделал его таким. Потому в итоге и сбежал из дома, наплевав на все предостережения. Лео полагал, что поступает правильно, делает тем самым лучше для себя, идя навстречу своей мечте. Но все обернулось иначе.