— Не могу поспорить с такой логикой. Похоже, я уже на шаг позади, раз до сих пор не знаю твоего имени.
Внезапно я остро ощущаю, как ее бедро касается моего.
Черт, я даже не выпил, а уже с трудом соображаю. Наверное, это недосыпание из-за того, что я не спал всю ночь, изучая контракт, потому что в обычной ситуации я бы ни за что не отвлекся на привлекательную женщину. Голос в моей голове говорит мне сопротивляться, но невозможно сосредоточиться ни на чем, кроме желания сократить расстояние между нами.
Но это бесполезно.
Когда я поднимаю взгляд, ее глаза с тяжелыми веками смотрят на меня с немой мольбой. Взгляд устремлен на мой рот, а зубы скользят по нижней губе.
Я хочу поцеловать эту женщину.
Блять, мне нужно поцеловать эту женщину…
Она остается неподвижной, когда я прижимаюсь к ее челюсти, лаская щеку. Ее зрачки расширяются, пока я наклоняюсь, чтобы прикоснуться губами к ее губам в дразнящих движениях, как я и хотел ранее.
Стону, ее руки ложатся на мои бедра, а пальцы впиваются в ткань брюк. Это прикосновение вызывает во мне вспышку желания, которое разгорается как лесной пожар.
Мое тело подается вперед, захватывая ее рот в поцелуе. Пухлые губы гладкие, блестящие и на вкус как свежая клубника. Издаю низкий рык, когда она открывает рот, чтобы поприветствовать меня внутри.
— Черт, я знал, что ты сладкая на вкус, — бормочу я.
Словно воодушевившись моими словами, незнакомка прикусывает мою нижнюю губу.
Я сдерживаю себя и притягиваю ее к себе на колени, ноги свисают в одну сторону, а платье задирается вверх, она прижимается ко мне, тело лынет к моему. Переставляет руки, чтобы обхватить мой затылок.
Мой член трется о ее задницу, и она издает пьянящий стон, вжимаясь в меня. Я пульсирую от потребности, на грани того, чтобы дать ей больше, когда тихий щелчок и внезапная вспышка возвращают меня к реальности.
— Что это было? — спрашиваю я.
Встречаю взгляд женщины, которая внимательно изучает меня, словно оценивая мою реакцию. Ее волосы растрепались от моей хватки, грудь вздымается, словно она только что пробежала марафон, а зрачки расширены.
— Я думаю, это было… — Еще один щелчок и вспышка прерывают ее. — Фотобудка, делающая наше фото. Она запрограммирована на съемку двоих за раз.
— Слава богу, а то мы могли бы сжечь сетчатку от этой вспышки, — говорю я, все еще моргая, чтобы прояснить зрение. — Разве у этой штуки нет кнопки, которую нужно нажать, чтобы она сработала?
Она качает головой.
— Она активируется движением, но я думаю, что датчик слишком чувствителен, — отвечает она с мягкой улыбкой, на щеках появляется глубокий румянец.
Тот факт, что фотография была сделана во время нашего поцелуя, должен меня беспокоить, но меня беспокоит нечто большее.
— Как тебя зовут? — спрашиваю я.
Ее улыбка сползает, на лице появляется тень разочарования.
— Лила, — шепчет она, чуть отстраняясь.
В этот момент замечаю стопку карточек «Бинго» на сиденье скамейки рядом с ней, и ее слова вновь звучат в моей голове.
Я забыла проверить подсказки на карточках. Вот что я получила за то, что заказал их по Интернету.
Ни хрена себе.
Я только что поцеловал младшую сестру своего лучшего друга… на вечеринке по случаю его помолвки, не меньше.
Я теряю дар речи, пытаясь смириться с тем, что не узнал Лилу раньше. Из застенчивого подростка она превратилась в поразительно красивую и уверенную в себе женщину.
Очки исчезли, и я вижу ее потрясающие голубые глаза. А вместо брекетов — лучезарная улыбка, демонстрирующая идеально ровные зубы в обрамлении полных, пухлых губ.
Ловлю себя на желании наклониться и украсть еще один поцелуй, чтобы понять, была ли эта искра случайностью или чем-то большим.
Серьезно. Что со мной не так?
Я осторожно опускаю ее на скамейку, чтобы освободить пространство между нами.
— Мне пора.
Улыбка Лилы ослабевает, и на ее лице появляется краткий отблеск уныния, который она быстро скрывает.
— О, хорошо. Что ж, было приятно увидеть тебя, Брукс.
Делаю паузу, глядя на нее в недоумении.
— Ты помнишь меня?
Мне и в голову не приходило, что она может помнить, но странно, что это так.
Она одаривает меня заразительной ухмылкой.
— Конечно, помню. Твоя бабушка постоянно говорит о тебе и твоих братьях. К тому же ты не сильно изменился с тех пор, как я видела тебя в последний раз, — делает паузу, наклоняя голову, словно изучает меня. — Ну, если не считать нескольких седых волос и более жесткой осанки, — поддразнивает она, проводя пальцами по моему виску.