Платье было необыкновенно красиво и напоминало переливающуюся змеиную чешую.
— Господи, Джесси, да оно, наверное, стоит миллион!
— Не-а, остатки прошлогодней коллекции Лакруа. Тут главное носить его с абсолютной уверенностью в своей красоте. В этом весь секрет успеха. Так, а что с туфлями? Я к этому платью ничего не смогла подобрать. У тебя найдется что-нибудь подходящее?
Я неуверенно кивнула. Где-то в закромах шифоньера завалялась пара шпилек. Джесси застегнула на мне платье, развернула лицом к зеркалу и критически оглядела.
— Подожди-ка, у меня, кажется, есть то, что нужно, — сказала она и исчезла.
Через минуту она появилась снова и накинула мне на плечи серебристый палантин.
— Во, самое то!
Да, платье было замечательное — сидело как влитое, где надо, облегало, где надо, свободно ниспадало. Я чувствовала себя кинодивой. Может, и правда прическа изменила меня?
Джесси дополнила ворох покупок непонятной вещью в японском стиле из своего гардероба («на плечиках жуть какая-то, но на теле смотрится прекрасно») и еще целой кучей всевозможных шарфиков, поясов, сумочек и украшений. Меня укомплектовали по полной программе.
— А это, Поппи, мой подарок на Рождество, — сказала Джесси, протягивая мне пакет.
— Что ты! — испугалась я. — Не надо, ты и так много для меня сделала.
— Открывай! — скомандовала Джесси.
Пакет был забит косметикой. Там было все: пудра для тела со светоотражающими частицами, блеск для губ, румяна… Честно говоря, я понятия не имела, для чего предназначается половина этих баночек и коробочек.
— Не волнуйся, это не так дорого, как кажется. Попробуй все сначала дома, потренируйся. В таком деле нужна практика.
Я опять ее поблагодарила.
— Да мне самой понравилось! Это как в передачах, где полностью преображают… ой, извини, я совсем не то хотела сказать. Ну, ты понимаешь… — Джесси замялась, решив, что обидела меня.
Я заверила, что нисколько не обиделась. Конечно, я прекрасно понимала, что она имела в виду. Я, знаете ли, типичный потребитель ширпотреба. Я бы никогда в жизни не потратила столько денег на одежду и уж тем более не стала бы покупать вещи в тех магазинах, где отоварилась Джесси.
Напоследок она одолжила мне свой кожаный пиджак (стильно и практично), в нем я и пошла домой, волоча целую тонну одежды.
Когда мы прощались, Джесси повторила:
— Помни, главное — уверенность! Позвони мне потом, расскажи, как все прошло.
К моему изумлению, в метро мужчина уступил мне место. Я было решила, что меня и впрямь превратили в какое-то чудесное создание, но тут заметила, что кавалер изрядно пьян. Вот и все чудеса.
Тролль жила совсем недалеко от меня, так что я забрала у нее Джики по дороге домой. А вот ее реакция меня действительно приятно удивила — она меня не узнала!
— Елки-палки, Поппи! Ты прям как знаменитость из телевизора.
Я поблагодарила ее за комплимент и поплыла дальше. Мой грандиозный выход, надо сказать, был немного подпорчен — споткнулась о камень на мостовой и едва не уронила все покупки и Джики. Но тут же с достоинством выпрямилась и успешно добралась до дома.
В квартире я выпустила Джики из корзины, и он тотчас взобрался мне на плечи. Удивившись отсутствию волос и незнакомому запаху, он с возмущением застрекотал. Однако уже спустя минуту Джики меня простил. Во всяком случае, мне так показалось, поскольку он сожрал неимоверное количество оладий с изюмом и медом. С Джики, висящим на шее, я разложила свои новые одежки и решила провести сеанс самовнушения.
— Так. Я самая обаятельная и привлекательная. Я уверена в себе. Я отлично проведу время. Буду улыбаться. Не буду кукситься и бояться. Хорошо. Эй, Джики, прекрати! Только не у меня на шее!
Проныра ускакал прочь с довольным видом. Может, я и не буду так уж по нему скучать.
Последний день перед закрытием магазина выдался просто сумасшедшим. Я даже продала ту книгу про обезьян, которую Дэйви дал мне почитать. Ее купила какая-то нервная американка — заявила, что ее племянник увлекается зоологией и будет просто в восторге от книжки. Мы с Троллем при первой же возможности ныряли под прилавок, глотали вино и лакомились пирожками.
— Что ты купила в подарок Дэйви? — спросила Тролль, презрительно принимая пятидесятифунтовую банкноту от покупателя, который, в свою очередь, очень оскорбился, когда на сдачу за «Остров сокровищ» ему сунули всего пять фунтов.
— Это особенное издание, — извиняясь, пояснила я. — И здесь прекрасные иллюстрации.