- Кей, с тобой всё в порядке? - испуганно спросил Тэ Нэ, шедший рядом.
- В полном, - процедил сквозь зубы Кей, стараясь не смотреть в глаза. Никого и ничто не видеть. Ему не было плохо, ему было кошмарно.
- Каганат готов подписать мир! - с безумными глазами вбежал в гостиную Алексей.
Селин, Тэ Нэ, Агнесса и Хагедорн удивлённо подняли на него глаза, не веря.
- Что ты сказал? - недоверчиво посмотрел на него Тэ Нэ.
- Каганат капитулирует! - воскликнул Лексус.
- Ты ничего не перепутал? - продолжал странный расспрос Тэ Нэ. - Может, речь идёт о перемирии?
- Нет, я клянусь тебе, так и есть! - выпалил Лексус.
- Со всеми контрибуциями и репарациями?
- Да!
- Странно всё это..., - вслух рассуждал Тэ Нэ.
- Разве не ты говорил, что дни Каганата сочтены? - изумлённо посмотрел на него Лексус.
- Да, говорил... Но..., - Тэ Нэ лихорадочно анализировал происходящее. - Не так быстро... Это какая-то ловушка. Каганат что-то задумал. Тут что-то нечисто.
- Он прав, - вдруг раздался голос Хагедорна, привлекая всеобщее внимание - Война с Каганатом ещё не окончена.
- Откуда такая уверенность? - посмотрел на него Алексей и ещё три пары непонимающих глаз. Они ожидали услышать в ответ всё, что угодно. Но не это.
- Я ещё жив.
конец первой части
Часть 2. Сутки
- Ваше полное имя.
- Гемини Найоклас Дербиш.
Он сидел на стуле перед комиссией по внутренним расследованиям Каганата. В окна било заходящее солнце.
- Кто Вы?
- Дневной напарник агента Лиаравата.
Дневной..., ночной... Для сидевших напротив него салимчан в длинных светлых мужских рубахах и с платками, повязанными шнурком на голове, это всегда оставалось непонятным.
- Сколько лет Вы знаете агента Лиаравата?
- Пять лет университета плюс 4 года работы на Бинаре плюс 3 года работы на Салиме, - подсчитал при них его дневной напарник. - 12 лет.
Он искренне не понимал, зачем весь этот спектакль, ведь решение уже было принято.
- Расскажите нам о том, что случилось на Бинаре.
- Она случайно нарушила несколько строгих табу и была приговорена к смертной казни. Агент Лиарават выступал её защитником и во избежание сурового наказания вынужден был стать её близкой кровью.
- Объясните, что это значит.
Гемини на секунду в нерешительности задумался, подбирая нужные слова.
- Видите ли..., - объяснять свои обычаи было не так-то просто. - Близкая кровь - это человек, не связанный с тобой генетически или по крови. Родственная душа, живущая в другое время суток, твоё ночное или дневное продолжение. В 99% случаев - человек, с которым связывает одно дело. Он один и на всю жизнь. Я близкая кровь агента Лиаравата.
- То есть, сделав её своей второй близкой кровью, он пошёл на нарушение?
- Да, - подтвердил его дневной напарник. - Он пошёл на нарушение.
Пауза, длиной несколько секунд. Члены комиссии переглянулись.
- Как его дневной напарник дайте характеристику агенту Лиаравату, - перешла комиссия к сути разговора. Гемини ждал этого вопроса. И выдал заранее подготовленный ответ.
- Он настоящий профессионал своего дела, всегда стремящийся к дальнейшему усовершенствованию и доводящий дело до конца. Он умеет работать в команде и на него всегда можно положиться.
- Не заметили ли Вы странностей в поведении агента Лиаравата после возвращения?
- Нет, не заметил.
- Считаете ли Вы причины провала задания объективными или субъективными?
- Я думаю, объективные. Тут всё более чем ясно.
Гемини открыл дверь и сразу же встретился взглядом с напарником, мгновенно поднявшемся со стула в коридоре. В воздухе застыла недоговоренность, образовав напряжение между ними. От того, что его напарник сказал за там дверью, зависело конечное решение комиссии. «Ты мне друг или враг?», - читалось во взгляде Кея, столкнувшегося с лёгким высокомерием в глазах дневного. Здесь же, в коридоре можно было легко заметить разницу в одежде между ночными и дневными агентами. Светлый костюм и тёмно-коричневая жилетка с пластроном у Гемини и чёрный костюм и белая рубашка с галстуком, больше походящим на боло у Кея. Только без закрепляющей броши и шнурка, в виде двух параллельно идущих друг другу чёрных лент.
- Вас приглашают пройти, агент Лиарават, - прервал кто-то их немой обмен взглядами.
Когда Кей открыл дверь, солнце уже село. Оглядевшись, он мысленно вздохнул с облегчением. В комиссии не было ни одного бинарца. Значит, его ложь никто не заметит. Это было последнее заседание по его делу. Кей немного волновался. Решение ещё ему было неизвестно, и он мог только догадываться о результате. Однако он не выдал комиссии даже капли своего волнения, продолжая оставаться спокойным и уверенным.
- Что случилось на Эрко, агент Лиарават?
Ещё раз... Кея это раздражало. Как будто, если они спросят ещё раз, ответ изменится. Внешне он даже бровью не повёл.
- На Эрко мне стало известно, что микросхема уничтожена. Я попытался скрыться, но мятежники нашли меня раньше, и мне с трудом удалось остаться в живых. Они избили меня, и на следующий день я был найден агентами Каганата, - сказанное было повторено столько раз, что он сам уже потихоньку начинал в это верить.
- Почему Вас раскрыли, агент Лиарават? - интонация главы комиссии не заставлял сомневаться в том, кто здесь главный.
Тон, в котором вёлся допрос, предполагал, что Кей начнёт волноваться и отвечать неуверенно. Но Кей продолжал держаться с достоинством, сохраняя самообладание и всем своим видом говоря: «Смотрите. Мне нечего скрывать».
- Я потерял жучок на Весперии. Думаю, солдаты Альянса нашли его.
Выбросил... Выбросил от злости и раздражения, когда понял, что в планы Каганата вовсе не входит обеспечивать ему даже сравнительно безопасное передвижение на территории собственных войск.
- Сказанное Вами полностью подтверждается полученными данными из других источников, - просматривая бумаги, сообщил один из членов комиссии. - Ваши слова получили подтверждение. Микросхемы у мятежников действительно нет, - вопросительно посмотрел он на других членов комиссии.
- Решением комиссии по внутренним расследованиям, - глава комиссии напустил побольше серьёзности, - Вы признаны невиновным в провале задания. Но впредь, будьте осторожнее с жучками. Думаю, у нас нет к Вам больше вопросов, - и собрался вставать.
- У меня есть вопрос, - но Кей не дал ему это сделать, - к уважаемой комиссии, - сказанная фраза мгновенно изменила рокировку сил в комнате. - Я целую неделю находился на Весперии, - ему надо было высказаться. - Из них 3 дня на территории войск Каганата, - сказать то, что он так долго копилось внутри. - И был чуть не убит «своими» же.
Члены комиссии начали нервно переглядываться. Агент затронул очень неудобную тему.
- Вам так нужна была микросхема, что вы готовы были убить её обладателя и меня за компанию?
- Мы не могли останавливать боевые действия только из-за Вас. К тому же, это могло разрушить Ваше прикрытие, - оправдывался кто-то из комиссии.
- А я не говорил об остановке, но целиться в упор было вовсе не обязательно!
- Приказ в войска поступил слишком поздно.
Кей обернулся на голос и на запах...
- Приказа вообще не поступало! - уличил он его во лжи. - Послушайте..., - обратился он ко всем. - Мне всё равно, как вы относитесь к своим агентам, разбрасывайтесь их жизнями или нет, но как иноземец я не потерплю такой халатности!
Когда дверь за агентом Лиараватом закрылась, кто-то из комиссии произнёс:
- Он прав, чёрт его возьми! Если бинарцы узнают о весперианском эпизоде его задания, это может очень сильно осложнить наши отношения с Бинаром. Одним из условий контракта с которым, была работа его агентов вне боевых действий, а в случае попадания туда - обеспечение их безопасности.