После нужно было поехать в Минсмайл для получения отчётов по здоровью, психическому состоянию, самочувствию жителей своего квартала. Для этого нужно было обойти всех соседей чтоб получить их подписи, после отправится с этими подписями в Минсмайл и ели они их одобрят, а скорее всего этого не произойдёт с первого раз, то потом идёт следующий этап. Этап опросов: гражданину Смиту приходилось снова обходить всех соседей и задавать им по 4-6 вопросов и получить развернутые ответы. Всё это дерьмо убивало личную жизнь и личное пространство и по логике правителя, всё идёт по плану - всё идёт ко дну. Опросы продолжались от 1 до 15 числа месяца и в это период работы у соседей которые идут на работу было чуть меньше, тупа из-за того что люди могли сломаться и совершить самосуд. А так они были на волоске и верхушке это нравилось. Последний этап - Диктант, это название дал ему народ из-за его схожести со школьным диктантом. Задача заключалась в правильной формулировки предложений и грамотному написанию слов. Именно здесь и ломалось большинство. Отчёт могли не принять из-за одно ошибочки и не просто не принять указав на ошибки, а сжечь на глазах. Труд занявший недели превращался в пепел на глазах, депрессия была обеспечена. Люди просто брали и прыгали под поезд, с крыши, топили себя в костре с водой, резали вены или просто садились на диван, брали стаканчик ликёра и ждали работников Министа. Скорее всего Вышке это как-то и для чего-то были нужно, может они этом тяпались сломить дух и тягу к самостоятельности, или может они пытались вдавить в сознание своего народу выученную беспомощность… получается одно и тоже.
Большинство конечно через боль и слёзы сдавало в подходящий срок и им позволялось отдохнуть до конца месяца, что бы после пройти это ад ещё раз.
- Ай… - иголка пронзила вену правой руки и вывела меня из состояния транса.
- Ойй Дорогуша, а как ты рожать буде…
- Я парень, вы путаете. - оборвал я Малифисенту.
- Тем более, ты всю свою жизнь носишь в себе миллионы живых организмов, ты должать быть сильным и не айкать при малейшей ссадине.
- Хорошо, - прошептал я, чтоб успокоить её эго.
- Вот и всё. Тебе стоит подождать минут тридцать и капельница закончится. Дать тебе книжку какую нибудь?
- Как я её держать буду? - недоумевал я. Она осмотрела мою сломанную левую и покачала головой.
- Ну тогда отдыхай.
- Спасибо, - с облегчением сказал Дэнни. Он ожидал ответа по типу: не хочешь не надо или умник нашёлся. Впервые в этой чёртовой больнице нашлась нормальная медсестра… симпатичная медсестра по имени Торри.
Глава 17. Плата 217
Ожидание убивало меня. Мне становилось хуже и хуже от волнения. Циферблат часов всё медленее и медленнее тикали и каждый этот тик сопровождался отдёргиванием одного их моих нервов. Нога дёргалась, дыхание окружающих сводила с ума, скрип обуви людей не умеющих ходить нормально, дальние шепоты и доктор вышедший из его палаты. Сал быстро вскочил с места и направился к нему: седой мужчина с огромной бородавкой на щеке. Они стояли в трёх метрах от меня и я услышала только слово "Лёгкое". Они общались минуты две но для меня каждая секунда тянулось медленнее и медленнее.
* * *
— Доктор, что с пациентом в палате 217? — окрикнул его Сал подбегая к нему.
— А? 217 говоришь…. мммм… — он остановился и начал рыться в своих бумагах которые были у него в руке. — Вот нашёл. Пациент палаты 217… был доставлен 20 числа, то есть сегодня. Раздроблены рёбра, руки гнутся в 8 местах, кость кисти левой руки расколот, и череп… ёёёшкин кот… ну по край не мере он жив. Сердце бьётся, но вот только пробито лёгкое одним из кусков сломанного ребра.
— Он будет жить же верно? — Сал распереживался.
— Да конечно, мы уже подлатали ему руки, собрали пазл из черепа, часть рёбер мы заделали, а вот другую часть с проколотым лёгким ешё не трогали. Так сказать “на этом наши полномочия уже всё„, - он поднёс одну руку и сделал жесть имитирующий деньги.
Конечное нужно забашлять этим сукиным детям что бы они делали свою работу качественно. Наша бесплатная медицина это дешевый трёп, видал я пацанов который согласились на эту дичь. Теперь ходят все в огромннных шрамах, с бесконечными болячками, постоянно хромают, организм хуже обсосанной тряпки.
— Ещё какие-то органы повреждены? - с надеждой спросил Сал.