— Тебе нужно наказать Уинстона, за план мести.
— Уинстона… — Дэнни поднял голову и посмотрел на него, а Уинстон просто пожал плечами. — как наказать?
— Раздробить коленную чашечку, и ключевое слово здесь «Раздробить»!
Дэнни снова посмотрел на Уинстона, тот встревожено переглядывался с Дэнни на Бобу.
— Нет. — сказал Уинстон, вздрогнув со стула. — Может, сломать там ному или руку? Я же буду калекой всю жизнь!
— Ну, это решать не мне. — сказал Боба, зажав сигарету в зубах и поджигая её. Дэнни медленно встал со стула, не отрывая взгляд от Уинстона, который стоял практически у стенки.
— Вы мне поможете? — сказал Дэнни по прежнему не отрывая взгляд.
— Безусловно, — ответил Боба выпустив дым. Стук… стук и в комнату залетели четыре неебически больших человека. — Подержите этого, здорового, пока тот будет ломать ему колено.
— Извини, друг, — начал Дэнни, — спасибо конечно, что пошёл заступиться за меня, но это нечего не меняет, — говорил он, пока Уинстона прижимали к стенке, а он безуспешно отбивался. — Меня с мамой могут выселить со дня на день. Так что, я не могу не воспользоваться этим заманчивым предложением… извиняй, друг…
***
— Так… эта сопля ушла и мы пожалуй продолжим.
— Можете сразу сказать что будет со мной? — спросил «Ключ».
— Тебя отправят в «Детюр», ты, можно сказать, убийца. Так как именно после драки с тобой он попал в кому и умер. Так что, друг мой, крепись.
— Ладно… — он тяжело вздохнул. — что мне щас делать?
— Ну, можешь рассказать, откуда у парнишки взялись ножевые ранения!
— Это был Пол. Мне уже всё равно на тебя, крыса поганая. — сказал он посмотрев на Пола через спину Дэнни и Уинстона.
— АХ ТЫ СУУКАА!! — зарыдал Пол и упав со стула, попятился к углу. — НЕЕЕТ!!! ААА НЕЕЕТ! СУКИ, ЭТО НЕ Я!!!
— МОЛЧАТЬ! — крикнул Боба. — Значит вы оба пойдёте и, возможно, за помощь в поимке преступника, отделаешься лишь браслетиком.
— Спасибо. — тихо сказал Ключ и опустил голову.
— А щас оба можете пойти в ожидалку и ждать, хех. — Боба передал Пола и Ключа в руки двух верзил и остался с Дэнни и Уинстоном.
***
— Дамы, прошу вас, к столу. — сказала БиБа усаживая их за ржавый стол. Двое девушек и Энни сели с одной стороны.
— Так, — начала она, сев на против них, — Я хочу все решить как можно быстрее, так что можете прямо сейчас начинать, — все молчали, — Нууу? Если так будет продолжаться, нечего хорошего из этого не выйдет… может ты? — она показала на Бону. — Такая высокая, стройная, симпатичная.
— Ну… хехе, я… в общем я и с моим Уинстоном, хотели отпиздить Пола и его дружков, но нас поймали.
— Ясно. Тебе светит 2-5 лет в «Детюре», хочешь?
— Нет, что нужно делать? — она явно была в курсе этих разговоров и пошла прямо в лоб.
— Хмм… была вкусе, да?
— Да!
— Есть два варианта: вот эта милая девочка, — указала она на Кэрри. — отрежет тебе палец, либо ты отрежешь и съешь большой палец левой ноги этой. — она показала на Энни. Бону бросила взгляд сначала на одну, потом на другую.
— Сможешь? — спросила Бону Кэрри?
— Хъ, — отказала она, мычанием.
— А если подумать? — переспросила она.
— Неет! — завизжав она закрыла глаза руками.
— Остаёшься ты. — сказала Бону повернувшись к Энни.
— Да пожалуйста! — с лёгкостью согласилась она, сняла обувь и грохнула ногу на стол. На ней был полосатый носок и на месте её большого пальца было углубление, — Это не первый раз. — с какой-то гордостью похвасталась она.
— Ну что ж, тогда большой палец левой руки. — когда до Энни дошло последнее слово она полностью побледнела, и ей нечего не оставалось как встать и попятиться к ближайшей стене.
— Что… но почему… почему она должна отрезать… в чём моя вина? Зачем это нужно? — справшивала она спускаясь на жопу.
— Что бы А: вы осознали чего это вам стоило, и Б: больше так не делать). — сказала она закурив сигарету.
— Нож. — сказала Бону.
— Момент! — ответила Биба и достала из заднего кармана швейцарский нож, — прошу. — сказал она кинув ей нож. Бонуподхватила, открыла, проверила лезвие на острость и пошла к Энни…
***
— Пока они там разбираются, — сказала Биба, выведя Кэрри из той комнаты. — ты можешь рассказать мне… всё!
— В смысле, всё? — спросила она усаживаясь по удобнее на стуле.
— От первого дня, то есть от двадцатого, до сегодняшнего. То, как ты все посетительский часы была с ним… такой преданности я ещё некогда не видела.
— Хорошо… ну, я утром проснулась, пошла в школу и как обычно, не успела на первое занятие. Зашла на второе и там Максимилиан рассказал, что он попал в такую-то ситуацию. Я сразу же пошла в больницу и увидела его, полностью замотанного, синего… это было грустно, — она уже говорила довольно тихим тоном и опустила голову. — Около его палаты сидел Сал. Я, не обратив внимание на Сала, зашла к нему, но врач меня от туда быстро вывел. Я села рядом с Салом и мы поболтали немножко. Он рассказала, что Билл пошёл за какими-то людьми, и, что они накажут тех кто это сделал. После вышел врач, Сал пообщался с ним и узнал, что Дэнни тоже тут лежит и он тоже ранен. Потом Сал ушёл к Дэнни, а мне разрешили войти в палату. Он дышал через какую-то трубку и очень плохо выглядел. Я посидела с ним часа полтора, как вдруг пришла его мать. Мы с ней посидели, пообщались и ближе к вечеру нас попросили уйти. Мы вышли во дворик и тёть Даша пригласила меня к себе домой, ну и я пошла. Мы пропустили по стаканчику её тайного вина и продолжили общаться. Я рассказала ей всё о себе, о пьющем отце, о херовых одноклассниках, о Тайлере. Она не на шутку испугалась и переспросила меня, а я ей всё объяснила. Объяснила, что это его вторая личность и это некая не сказывается на его жизни и так далее, в общем. Ну и потом где-то ближе к одиннадцати часам, когда уже нельзя выходить детям до 18, она уговаривала меня остаться на ночь, но я всё таки пошла домой, так как отец мог меня поругать. Завтра я вообще не пошла в школу, а сразу к нему в больницу. Попутно узнала, что Дэнни проснулся, и он выглядел по лучше, и проснулся через недельки две. Тёть Даша пришла ближе к обеду, вся энергичная такая. Она потом по секрету рассказала, что болеет «Эликозом» и принимает «Дамдрил», чтоб уменьшить его действие. И как-то так прошла неделя, а потом она пригласила меня к себе остаться, на что я согласилась и она пошла договариваться с отцом… И ему ещё нужны были деньги на операцию, и у него были… были эти… — она не смогла сдержать слёзы, — ножевые ранения. — завизжала она.