(СТОй мать твоЮ)
Злобный голос прозвучал со всех сторон. От неожиданности у меня запутались ноги и я упал ничком.
(сука ТЫ ТРУСливая, всё ТЕБЕ на блюдечке НАДО поДАваТЬ!?!?)
Это был грубый, низкий, зловещий голос, чем-то похожий на "Дарта Вейдера", но ешё страшно. Голос затих. С опаской я оглянулся, во круг не было ни единой души. Поднявшись на ноги я подкрутил зрение и искал что-то, сам не знаю что.
В дали я заметил клуб сена и… сено, оно же не могло само сабой свернуться и где-то по любому есть фермер живуший со сноей семьёй. Я побежал к рулетам и по пути представлял себе, как меня кормят, кладут в уютную постель, наливают чистое молоко. Иии… моя уверенность в моей дальнейшей безопасности, пошатнулось. Кроме сена нечего не было и походу я на острове.
Волны бились о стены острова и приводили меня в ужас. Я обежал сушу по кругу и нечего кроме этого домика, дерева и сена. Вот и конец моей треклятой жизни, кому-то я видимо не угодил и он сделал это со мной. В полном отчаянии я сел под яблоней рядом с этим эпилептическим домом.
Остров был похож по форме на Африку, большая часть была зелёной а малая, видимо была засеяно пшеницей. Собравшись с мыслями я встал, поправил кудрявые волосы, напряг скулы, поднял брови и пошёл. Ожидание громкого приказа отступить не увенчалось успехом и я уже был на крыльце.
Стук.
— Кто там? — почти моментально раздался ангельский голосок.
— Это я… ъъъъъ… ну…
Дверь открыла та самая девушка. Голова и тело туго обмотаны в полотенце, одной рукой она держала дверную ручку, другой чистила ухо ватной палочкой. И её глаза были… были цвета…
— Никак не могу осознать, что чистить ухо бесполезно. — звонкий женский смех, как это прекрасно.
— Здравствуйте, я бы хотел поинтересоваться у вас, где чёрт побери мы находимся.
— Как вас зовут, вы помните? — спросила она, почти сразу как я закончил свою фразу.
— Конечно, кто не помнит своего имени. Меня зовут… зовут… — что, как меня зовут?
— Всё кто тут появляются не помнят своего имени, рассказывала мне тут пожилая пара. Проходи, можешь не разуваться, это бессмысленно.
Пройдя через порог двери, меня вдруг охватил знакомый запах, он был на столько прекрасен, что я чуть было не споткнулся. Она закрыла за мной дверь и я остановился в шаге от неё, запах всё ещё кружил мне голову. Но всё же, я снял обувь.
— Я сама тут несколько дней и здесь жила пожилая пара на втором этаже. Они мне объяснили что тут да и как.
— Почему я не помню нечего?
— Это нормальное состояние, говорили они. Давай ты мне придумаешь ник, а я тебе)
И я начал что-то бубнить себе под нос.
— Тогда Ан… не слишком палевно, пронюхает и…
— А?
— Мысли в слух. — неловкий смешок вырвался из моих уст.
— Ааа. Я тебе придумала, будешь «О’Брайен»
— Может что-то по проще?
— Это мой любимый книжный персонаж. — сказала она мило раскатывая губу.
— Тогда ты будешь… Ру.
-- Ру, ммм… хорошо. Проходи в вон ту комнату, а я приду через минуту. — Она зашлёпала тапочками и пошла на верх по лестнице с лева от входа. Та комната на которую она указывала была прямо по коридору.
Дом изнутри было полностью в белом минимализме. Тумбочки, шкафы, стены всё было в белом, лишь немного отличались оттенки. Я направился в комнату на которую указывала Ру. За огромными двустворчатыми дверьми был зал: огромных размеров диван лежал по середине, на стенах висели легендарные картины, банальная «Мона Лиза», более интересный «квадрат Малевича», божественная «Звездная ночь» Ван Гога. Позади дивана напротив двери была огромные книжные полки (из белого дерева), и книги на ней были молочного цвета, все до единой. Подойдя по ближе я взял одну из них, обложка была пустая, внутри ни единой буквы. Странно конечно это всё, кому может пригодится столько пустых книг. Плюхнувшись на диван я принялся есть фрукты, которые были в стеклянной таре напротив неё. Фрукты были обычные, без всякой приторной сладости, отличились только персики, имеющие какой-то до боли знакомый привкус.
Мой взгляд упал на окна в которые билось ослепительное солнце. Даже встав с места и подойдя к ним вплотную я нечего не смог разглядеть за ними, они как будто что-то скрывали и до конца старались это не показывать. Защёлка была заржавевшая и не подавалась, и мои четные попытки открыть её не увенчались успехом.
— Вижу ты что-то задумал? — За мной стояла Ру.