По коридору он шел мимо отлитых из золота, серебра и платины статуй. И перед ним разворачивался невиданный мир застывшей красоты.
Большие, во весь рост золотые люди смотрели вдаль, смеялись, тянулись руками к небу, грозили, грустили. Лица у них были нездешние. С большими губами, длинными шеями, вытянутыми мочками, костлявыми руками. Зато волки были здешние. Густая серебряная шерсть, мощные литые лапы, оскаленные пасти и лазуриты вместо глаз. Дальше по коридору лань, отлитая из голубого металла, пила хрустальную воду.
Таномир, крутил головой, со всех сторон оглядывая полированные медные арки коридора с бирюзовой и нефритовой облицовкой. Таномир всматривался, восхищался, поражался, удивлялся. Качал головой и шел дальше по коридору.
Гридник шел за Таномиром, не подгоняя и терпеливо выжидая, когда тот останавливался возле золотой куницы с острыми зубками из кварца и черными бусинками-глаз черного опала. Или возле букашки золотой с крыльями из пластинок прозрачного корунда. Крылья-пластинки блестели тонкими ломаными линиями, того и гляди - обломятся и опадут. Таномир не удержался и погладил подушечкой указательного пальца блестящую пластинку-крыло со сверкающими на ней капельками горного хрусталя. Твердое и несокрушимое.
В конце длинного арочного коридора гридник постучал в массивную дверь розового дерева.
Шары Сурьи ярко освещали просторную горницу Боруслава. В каждом из четырех углов – по яркому шару. Света больше, чем на улице.
Пятнистая шкура перед печкой возле двери.
Посреди горницы — четырехскатный сундук-терем с витиеватой резьбой и выступающими медными медальонами по бокам. Сбоку от него столешница на толстых, загнутых к концу ногами темного дерева.
Боруслав сидел не на лавке и не на стуле. И даже не сидел, а восседал. Восседал на троне с высокой резной вычурной спинкой и изогнутыми подлокотниками. Такой трон не стыдно поставить и в хоромах царских.
В дальнем углу возле окна - странный большой сундук так же покрытый затейливой вязью, стоящий на боку, развернутый горбатой крышкой к столу. Толстые короткие поддерживали его на небольшой высоте от пола.
На стене за столом висели маски животных и людей. На противоположной стене - полки с фигурками из дерева, блестящими камнями и рогами невиданных тварей. Остальные две стены с длинными полками с пола до потолка уставлены монетами. Каждая — на небольшом постаменте из горного хрусталя.
Монеты самые разные: круглые, квадратные, с дырками по середине и без отверстий. С четкой чеканкой и оплывшими очертаниями печатных форм. С односторонней и двусторонней чеканкой выступающих рельефов цифр, глаголов, букв, глифов, лиц правителей, морд животных, насекомых.
Некоторые монеты черны и кривы. Казалось, что маленькие хрустальные постаменты оскорблены тем, что держат на себе такой невзрачный сор. Но после увиденного в коридоре Таномир не сомневался: стоимость каждой монеты огромна.
Когда в горницу вошел Таномир, Боруслав чертил руны. Он поднял голову и жестом пригласил пройти. Таномир осторожно наступил на пятнистую шкуру и по густому меху подошел к столу. Столешница страдала давно. Резаные и колотые раны покрывали её всю, даже торцевую сторону с обрезками годовых колец.
Одевался Боруслав в тон богатому убранству дома. На нём всегда была одежда изо льна или шёлка, прошитая золотом и серебром. И всегда отворот рубах, рукава, подол украшали мелкие обточенные капли янтаря, яшмы и бирюзы. Даже надеваемая в летнюю жару легкая рубаха его была усыпала тонкими строчками смарагдов и кроваво-красных яхонтов, а отяжелевшие от ниток жемчуга рукава прикрывали пальцы с золотыми перстнями со сверкающими вставками. Зимой же носил только голубые меха северных псов.
И сейчас на нем была алая рубаха с затейливыми узорами, выложенными голубым и розовым жемчугом, а на обеих руках — по перстню. На правом указательном - перстень чернобожника с темным глазом ящера, на левом среднем — золотой перстень с символом пламени.
Отложенная Боруславом береста открыла темное пятно. Оказалось, столешницу ещё и огнём пытали. Рядом с черным следом лежала тояга. Таномир невольно засмотрелся на священный жезл всех высших волхвов, кощунов и капенов. Ручка из красного заморского дерева, украшенная голубым самоцветом. Стержень в виде спирали из двух металлических полосок. На полосках выдавлены темные пупырчатые руны.