- И как же?
- Но вот незадача, - продолжал Боруслав, пропустив вопрос Таномира. - Болотники разорвали на две части это заклинание, и каким-то образом одна часть бересты оказалась у людей, а вторая часть — у болотников.
- А с этим мне что делать? - спросил Таномир, не отрывая взгляда от высохшего цветка.
- Да что хочешь! Это мусор. Цвет папоротника действительно могуч, но только лишь пока светится, буквально полчаса после срывания. Ты слышал, что я сказал?
- Две части. Береста. Одну ты нашёл. Я тут при чем?
- А ты очень даже при чем. Ты смог втереться в доверие к болотникам. Ты достанешь для меня часть бересты, которая хранится у болотников.
- Я?! - у Таномира поднялись брови. – Не втирался я никуда!
- У моих гридников глаза есть. И у меня тоже. Болотники тебе доверяют. Во всяком случае, двое из них уже доверяют.
- Заклинания все равно не существует!
- Есть. Я достал одну часть.
Таномир медленно повернул голову к Боруславу и заморгал. Удивительный день сегодня. И цвет Перунов засохший в руке лежит, и детская небылица оказалась правдой. Чего еще ждать? Может и медного орла можно приворожить? Или на змее-Горыныче можно верхом прокатиться?
Боруслав снова повернулся к камням и провел пальцем по синему кристаллу.
- На моем куске написаны только время суток и возле алтаря какого бога нужно прочитать заклинание. И несколько прочих условий. Само заклинание на втором куске. Ты достанешь вторую часть и без заключительного испытания станешь волхвом.
- А ведающая мать что скажет? Какой же я волхв, я ведогней не вижу.
- Кому какая разница, что ты видишь и не видишь? Кличи у тебя получаются, а большего с младших волхвов и не требуется.
-- Времени у тебя – пока болотники в Яви. До первых заморозков.
- До конца рамхата могу не успеть… - пробубнил Таномир.
- Должен успеть. - Боруслав придвинул к Таномиру берестяной лист, лежащий рядом с тоягой. – Вот, возьми.
- Что это?
- Предъвишь эту грамоту и болотницу выпустят. Ты ведь за этим пришел. Выезд из двора скита завтра после рассвета, не опоздай. Младшие волхвы поедут на девятную смену, ты с ними. Выезд завтра после рассвета. Вопросы есть?
Таномир взял тонкий лист и медленно повернул голову влево и вправо.
- Ну я пошел?
Боруслав качнул головой.
Таномир прошел по мягкой шкуре до ярко освещенного угла и открыл дверь.
- И ещё, – раздался голос Боруслава.
Таномир застыл на пороге. Скрипнула дверь, которую он едва приоткрыл.
- Приведи мне эту болотницу. Она мне нужна для небольшого ритуала после прочтения заклинания.
- Она не болотница, – глухо сказал Таномир и вышел.
Значит, выход у него один – узнать заклинание.
Неторопливые слова, произнесенные уверенным голосом Боруслава, Таномир запомнил до единого. Но в реальность этих слов не верилось. Впрочем, выход у него один – узнать заклинание.
На улице он разжал кулак, ветер подхватил рассыпанные остатки могущества и разметал по земле.
***
Крепкие руки отца подхватили Боруслава, и мир стал большим, защекотало в животе. Падение сменилось взлетом. И снова падение. И снова полёт. Отец подкидывал маленького Боруслава, и смеялись оба.
Мать Боруслава стояла рядом с осунувшимся серым лицом. Грустная, взъерошенная, растерянная. Она чувствовала беду.
– Боруслав!
Серое лицо матери покрылось красными пятнами. Отец перестал подбрасывать его и нахмурился.
Боруслав, видя перемену в настроении отца, надулся и не желал просить прощения ни у отца, ни у чужака.
Весь одетый в черное, чужак казался строгим, жестоким. Боруслав встретился взглядом с чужаком. Тот посмотрел на него пристально.
- Да, долгий поход, – примирительно согласился он с хмуростью матери Боруслава. - Таков приказ. Но беспокоиться не стоит. На этот раз с лесорубами идут отборные воины рати.
Она обреченно кивнула, согласившись. Князю нужны летающие корабли, которые можно построить только из древесины летящих сосен, которые росли в топях, кишащих болотниками.