Жить Волху не надоело, и глупцом себя не считал. Опустившись на колено, он дотронулся до каменной площадки, испрещенной мелкими трещинами.
Мать Сыра-Земля, благослови…
Размахнувшись, ударил палицей по скале. Брызнули во все стороны искры вперемешку с осколками камней.
Аспиды не любят резких звуков. Раздался хриплый крик. Из гнезда вскинулось черное тело. Взмыло и опустилось рядом с гнездом. Аспид высоко поднял голову на длинной шее. Заверещав пронзительно, кинулся в атаку.
От первого удара Волх легко увернулся. Хобот с загнутым концом пролетел сверху. Хотел смахнуть, как назойливое насекомое? В падении вытащил меч. Мелькнула сталь и брызнула кровь. Раздался рёв. Кровоточащий хобот втянулся в восковицу, оставив за собой кровяную дорожку.
Длинная шея аспида изогнулась, голова задралась кверху и в горле забулькало. Затем, голова устремилась вперед с широко открытым клювом.
Волх выставил перед собой щит, в который со смачным хлюпом влепился густой плевок кислоты. Щит зашипел, задымился. Дерево истлело, а булатные накладки потекли жидким медом, испаряясь белым дымом.
Клюв придвинулся ближе и раскрылся перед вторым плевком.
Волх откинул остатки щита и рванул вперед до раскрытого клюва. Обойдя справа, размахнулся палицей. В последний момент передумал, выронил палицу. Ударил аспиду в висок ладонью в кольчужной рукавице.
Голова аспида отшатнулась. Клюв открывался и закрывался, заглатывая воздух. Из восковицы безвольно вывалился окровавленный хобот, с конца которого закапала на пыльный камень кровь. Полупрозрачные веки на глазах задрожали, и прикрыли ярко зеленые буркала с вертикальным зрачком. Черное тело аспида грузно растянулось перед богатырем. Волх недовольно тряхнул рукой. Не зашибить бы...
Подошел к лежащему змею и приложил ухо к пластинам на шее аспида. Слышался глухой быстрый стук сердца. Волх облегченно вздохнул, и потянулся к ведогню аспида, мысленно подтягивая к себе единственную надежду рода человеческого.
Глава 1
С земли Медный орел выглядел маленькой птахой. Он невозмутимо парил в бездонной синеве, распластав крылья. И облака убирали от него тучные руки, мягко обнимая его желтыми боками.
- ...Таномир! - прорвался до приятных мыслей резкий окрик наставника.
Таномир вздрогнул, перевел взгляд с сияющих небес на капена в черных одеждах. Боруслав стоял, покрасневший. Видимо, уже несколько раз его окликнул.
- Лови! – Боруслав махнул рукой и к ногам Таномира упал жук. – Обрадуй старика напоследок!
Таномир покраснел. На него сейчас все смотрели, предвкушая развлекательное зрелище под окрики Боруслава.
На подстилке из сухой прошлогодней травы сидели Таномир и остальные ученики Боруслава. Наставник стоял на берегу возле воды, на сокровищнице плоских камней. Каждый из учеников пришел со своим привороженным животным. У Славки куница. Анат даже смог коня приворожить. Конь стоит в сторонке, фыркает, бьет копытами.
Все они станут настоящими волхвами-чернобожниками, или как еще обычный люд называл их — ведогонами. Только ведогоны умеют подчинять своей воле ведогни — сгустки тонкой энергии, что есть внутри любого человека и любой твари Нави и Яви. Ведогон… Гордое и красивое слово.
Жук перевернулся на спину и начал закапываться в землю, быстро перебирая лапками.
- Если ты заглядываешься на медного орла, то приворожить жука тебе раз плюнуть. Давай, а мы посмотрим, - подначивал Боруслав.
Таномир перевел взгляд на кошку.
Кошку он заметил еще когда он с остальными учениками и Боруславом пришли к Плоскому озеру. Так мальчишки называли это озеро с детства. На берегу лежали плоские камни и в детстве они с мальчишками соревновались, чей камушек сделает больше отскоков от воды.
Возле озера берег полностью освободился от снега и успел отогреться после зимы. А из ельника, усыпанного мертвыми иглами, сквозило прохладой зернистого снега. Рядом со снежными шапочками зацветала кислица.
Странно, что Изяслава не было. Лучший ученик никогда не пропускал занятия, не упуская возможность похвастаться своими умениями перед остальными учениками. Интересно, насколько быстро он привораживает кошек?
Кошка всё ещё сидела в куче хвороста и напряженно глядела на разлапистую ель. Уже прошло полчаса, а она сидела неподвижно, будто превратилась в статую.