- Ну как хочешь.
- Я напишу одну проверку и зайду за тобой.
Велемудр кивнул, и они побежали на первый урок культуроведения.
Боруслав в этот день за Велемудром так и не зашёл. И во все последующие дни тоже.
Дописав последний столбик ариманских глифов, Боруслав взял лист и вышел из учебной залы в поисках Руяна. Руян обычно ходил по храму, пока Боруслав выполнял задание.
Как-то раз, желая узнать, правильно ли он перевел с ариманского, Боруслав стал искать Руяна. Нашел наставника быстро — тот спал в соседней небольшой комнатушке.
На этот раз Руяна там не оказалось. Соседняя дверь оказалась заперта, а следующая поддалась. Боруслав потянул на себя медную ручку, дверь бесшумно открылась. Он заглянул и увидел Руяна, сидевшего спиной ко входу за угловым столом в большой комнате с двумя окнами. Руян не слышал и не видел вошедшего Боруслава.
На столе перед Руяном стояли три маленьких сосуда. Сам Руян внимательно изучал лист с рисунком в вытянутой руке.
Поначалу Боруслав подумал, что Руян проверяет работу одного из учеников. Вот только проверял как-то странно. Держал лист на просвет против одного из ярких светильников и внимательно вглядывался в просветившийся узор.
Похоже на какой-то незамысловатый и одновременно красивый рисунок. Боруслав присмотрелся к листу. Серебристая плавная линия с завихрениями по краям.
- Что это? - спросил Боруслав.
Руян вздрогнул и оглянулся.
- Дай руку. - Руян насыпал порошок из ближайшего сосуда. Достал из ящика пористый берестяной лист. - Теперь разотри руками и приложи к листу с нажимом.
Боруслав отложил пропись на стол и тщательно растер порошок, который из сухого стал липким и приложил пятерню, старательно вдавливая её в лист. Липкое исчезло, подменившись скользким, и рука поехала по листу.
Руян подмахнул руками: поднимай. Боруслав осторожно поднял руку.
На листе прочертилась серебристая прямая.
- Это что? - спросил Боруслав.
- Твое сердце. Оно идеально. Крепкое, сильное.
- Как это получается?
- Видишь ли, порошок в основном кристаллической структуры. А кристаллы очень хорошо хранят, передают и впитывают знания. Как только ты дотрагиваешься до кристаллов порошка, кристаллы считывают знания из твоего духа, души и ведогня, передают на полотно в виде линий, кругов, точек и полосок.
- А что можно еще посмотреть вот так?
- Наверно — всё. Но это уже к родовникам. Они мне открыли крупицу того, что знают сами. Так, по мелочи. Самое важное — правильный состав порошка. Посмотреть сердце — один состав, узнать благоприятный день — другой.
Боруслав кивнул. Значит, вот таким образом родовники составляли картины судьбы человека. Порошок с определенным составом и листы.
- Я прописал глифы. - Боруслав помолчал. - И пять глифов выучил.
- Если хочешь, и тебя научу составлять порошки.
Как оказалось, для составления картины судьбы нужен не только специальный порошок. Поверхность, на которую накладывалась картина, промачивалась густым отваром. После высыхания на поверхности образовывался тонкий кристаллический слой. После прикладывания руки на листе или полотне оставались микрочастицы пота, слюны, выделений кожи. Как носитель знаний можно было использовать волос, ресницу или каплю слезы.
Существовало множество тонкостей, которых Руян не знал и поэтому не мог передать своему ученику. В ближайшем будущем брезжила вероятность, что он попадет к родовникам, и научится видеть на полотне свое будущее, но ему хотелось узнать сейчас. Не дожидаясь решений в роковую осень.
Поэтому Боруслав сам искал нужный состав.
Постепенно он научился составлять картины своего здоровья, духовного состояния, эмоционального баланса, психического равновесия, биоритмов. Но это все было не то. Картины будущего, вероятного развития событий от него ускользали.
Однажды получился бесполезный для картин, но с интересным свойством порошок. Насыпанный на дерево, он проедал насквозь дерево, а вода останавливала действие порошка.