«…поможешь им найти…»
- Я могу вам помочь! Вы ищите и никак не найдете! Я знаю, где! Я могу показать!
Человек прищурился.
- Я не могу объяснить, но я это вижу, - говорил Боруслав быстро, пока человек сомневался. Боруслав поморщился. Обе руки болели нестерпимо. Запястья и ладони разодраны, кровь капельками выступила из царапин. - Вижу, что у вас в храме… или под храмом что-то зарыто. И чувствую, что ваши волхвы не могут найти. Я покажу, где нужно искать.
- У нас нет волхвов. Мы — служители. Храмовники. - Человек ослабил тетиву, опустил лук и свистнул.
Из темных проемов, к которым вела каменная ступеница, вышли еще несколько человек. Зажгли факелы. В свете факелов бросилась в глаза их странная одежда. Рубахи, чуть ниже колен, без рукавов, с тонкими поясами и с круглыми бляшками на правом плече.
Незнакомец дернул веревку на ногах Боруслава и размотал её. Боруслав только сейчас рассмотрел, что так больно ударило по ногам и свалило на землю. Это была обычная недлинная веревка, на концах — по небольшому камню.
Глава 11
Таномир, крепко вцепился в шерсть волчицы и пригибался от хлестких веток, летящих в лицо. Несколько раз он чуть не слетел. Волчице перепрыгивала через огромные корни, изрывающие землю и уворачивалась от густого подлеска, покрытого густой паутиной, огибая живую стену большим крюком.
Они упрямо продвигались через сумрачный лес. Поначалу Таномир не замечал сгущения темноты, а когда заметил — удивился и расстроился. Надвигался вечер, а они еще не добрались.
Воздействовать на ведогонь Таномир не посчитал нужным — волчица, будто услышав его, побежала быстрее.
Она мчалась по неровному пересеченному лесу, хвост её развивался в сыром воздухе и комья земли летели из-под её лап.
Таномир плотно сжал зубы, чтобы от диких прыжков не прикусить язык и быстро окинул взглядом мчавшийся мимо них лес.
Пригнувшись к шее Утдайни, Таномир плотно сжал зубы, чтобы от диких прыжков не прикусить язык. Тревожно кинул взгляд на мчавшийся мимо них одинаковый, незнакомый лес. Без волчицы он ни за что не нашел бы здесь дорогу. Волчица же непонятным чутьем ориентировалась в этих деревьях, кустах и заваленных буреломом оврагах. Рвалась уверенно вперед, не испытывая сомнений.
Таномир услышал дыхание сзади – волк Дары бежал за ними, не отставая.
Иногда сквозь шум ударяющих по земле лап и шумного дыхания, Таномир различал резкие крики животных. Пару раз видел испуганные морды оленей, метнувшихся в сторону от них.
Наконец, волчица перешла на шаг и гавкнула.
Лес изменился. Ягель вперемешку с паутиной свисал космами с ветвей огромных елей, дубов и рябин, над которыми возвышалась воистину исполинская необъятная сосна. Она возносила свои ветви к небесам, поскрипывая древним туловом. Гнездо на вершине сосны обняли пять ветвей, словно пятерня заботливого великана. Из гнезда свисал хвост аспида.
Волчица остановилась, часто дыша, и вывалила язык изо рта. За ними к дереву выскочил Сваор и завилял хвостом. Таномир спрыгнул на землю и почесал волчицу за ухом. Утдайни лизнула Таномира и скрылась в зарослях вместе со Сваором.
Пока он ехал, комары его не беспокоили, но стоило остановиться, сразу же нависла целая туча летающих кровопийц. Таномир сделал веник из стеблей багульника с гремящими коробочками семян и стал им обмахиваться. Комары возмущенно пищали, но не решались пронзить дурманящее облако.
По бугристому корню, заросшему сосновым подростом, Таномир добрался до ствола неохватной сосны.
Широкие расщелины древней коры наполнял толстый слой ворсистого ягеля.
Таномир проверил ножны, перекинул сумку за спину, затянул потуже пояс. Стебли багульника засунул себе за пазуху и в штаны. Комары, совсем обалдевшие, врезались в лицо, руки, шею, тут же отлетали.
Втискиваясь в трещины и цепляясь за изломы пластин коры, Таномир начал медленно взбираться по гигантскому необъятному стволу. Иногда попадались особенно широкие расщелины, тогда Таномир, упираясь ногами и спиной в противоположные стенки огромных трещин, полз вверх, как гигантская гусеница. Иногда приходилось выдалбливать углубления для руки или ноги. Нож увязал в эластичной коре и Таномир с трудом вытаскивал лезвие.