В купальную ночь Боруслав подпоясался красным шелковым поясом, взял большой нож, небольшое зерцало, одел красные кожаные сапоги и вышел в ночь.
Ушел подальше от остальных искателей цвета папоротника в лес и стал смотреть на серебряную поверхность, искать яркий огонек в отражении. В лесу было необычайно тихо. Даже ветер не трогал листву деревьев, обступивших Боруслава плотным кругом.
В полночь зеркало треснуло. В изломанном отражении леса засверкал далекий огонек за спиной. Боруслав подошел к пламенному цвету Перуна, и глядя в зерцало, сорвал левой рукой.
Тонкая струйка пламени поднялась из цветка и затрепыхала в сторону, указывая путь к кладу через густой подлесок.
Голова загудела, и ноги понесли его. Пламя показывало кратчайший путь к сокровищу по зарослям, кустам, ветвям, кочкам, буеракам, канавам и оврагам. Ноги бежали сквозь ночной лес, перепрыгивали мелкие ручьи и торчащие корни.
Боруслав не знал и не понимал, куда идет. Понимали и знали ноги. Он не видел дороги. Видели ноги. Ноги избегали жгучих зарослей крапивы, перешагивали через поваленные стволы и обходили острые камни. Вскоре показалась опушка, и он увидел впереди темные очертания Лысой горы, возле которой горели сотни огней — люди кричали, плясали, хохотали, прыгали через костры. Ноги на миг притормозили и вновь припустили по оврагу, оставляя гору в стороне.
Глава 13
Темные тела аспидов двигались бесшумно. Мягко огибали деревья и перетекали через поваленные стволы. Под рукой Таномир ощущал сильные мускулы под толстой плотной кожей. Лишь изредка слышался треск веток под тяжелым телом аспида. Таномир узнавал обратный путь. Узнавал деревья и кусты. Всё было знакомо. Слева мелькнули знакомые заросли орешника, дрожали от ветра осины и толстые дубы.
Дорогу Таномир узнавал, но появилось в душе тревога. Аспид полз быстро, но вокруг был все тот же знакомый лес, хотя они уже должны были добраться до реки. Вспомнилось, что такое же ощущение он испытал, когда они с Азовой прошли в «прослойку» между мирами. Но тогда рядом шагала ведьма, знающая, где искать вход и выход между мирами. Если же Таномир сейчас попадет в междумирье, он не сможет в одиночку найти выход.
Убеждал себя: скоро появятся и река и знакомые поля с лугами. Все же они уже где-то рядом с городом и вот-вот появится речная вода с прибрежной осокой.
Таномир всматривался с тревогой. Хотел окликнуть Дару и спросить, что она думает на этот счет, но не стал пугать её своими страхами. Вот знакомый орешник, возле которого он свернул с тропы. Стоп. Орешник они уже миновали. Может это другие кусты? Нет, те же самые! И багульник миновали, и вот уже на тропу выползли. Снова. Таномиру стало страшно.
Лес стал серым и невзрачным. Таномир хотел себя успокоить, что в сумерках все кусты серы, но стройные ветки кустов осыпались хлопьями и смешались с темной землей. Затем и стволы осыпались пеплом на землю, которая раздробилась и превратилась в пыль.
Тронул аспида рукой, чтобы притормозить. Рука провалилась во что-то мягкое и не нашла опоры. Подвигал ногами — под ними тоже ничего. Таномир задержал дыхание, будто собираясь нырнуть, снова пощупал руками вокруг. И только сейчас понял, что рук у него нет, да и тела тоже нет. Все ощущения пропали, вокруг него был только серый туман и больше ничего.
Таномир забился в страхе и отчаянии.
Вскоре он увидел светлое пятно. Направления до него определить было невозможно. Неясная размытость была то ли вверху, то ли впереди, то ли в стороне.
Таномир, боясь навсегда остаться в сером тумане, зацепился за это пятно, как за спасительную соломинку. Не сводя глаз с пятна, Таномир устремился нему.
Медленно обретая очертания, пятно стало светлым же кругом. Таномир заскользил, придвинулся, поплыл к свету. И когда он был уже совсем близко к цели, голос Дары вернул его в темный влажный лес.
Они приехали к излучине.
Оставили аспидов в буреломе неподалеку. Пока разжигали костер, Таномир рассказал свой план Даре.
Ночью Таномиру приснился богатырь, бьющийся со змеем. Когда богатырь победил противника, он закатал рукава, вытер пот со лба и шепотом сказал: «Всё, считай – работа сделана!» Подошёл к спящему Таномиру, пнул его, и голосом Старка заорал: «Вставай! Приказано тебя сопроводить!».