Что же с этим ребенком теперь делать? Кому его отдать?
Ребенок закричал.
Трясущиеся руки подняли плачущего ребенка и прижали к груди. Ребенок быстро успокоился и вскоре замолчал. Замолчал и лес. Шумел ветер в кронах и журчал где-то близко ручеек.
И на Боруслава снизошла благодать.
От ребенка шло удивительной силы успокоение. Маленькое тельце младенца расслабило большое тело Боруслава. Пальцы на ногах и ногах перестали дрожать, сгорбленная спина распрямилась, живот подтянулся, и голова гордо подняла подбородок. Тревога, страх и тоска вытекали из напряженного тела Боруслава, освобождая для живой горячей крови органы, кости и мышцы.
Боруслав пригляделся внимательно к новорожденному.
Скрюченное пухленькое личико со слюнявыми губками, ручки и ножки с козявками-пальчиками.
Боруслав засмеялся. Тепло, идущее от ребенка, накрыло его с головой, и стало ему радостно. Теперь, казалось, нечего ему страшиться и не зачем переживать. Тепло испарило страхи, беспокойства и сомнения. Неповоротливые мысли-валуны сменились быстрыми мыслями-искорками. Эти искорки рассмешили его, настолько они были пусты и нелепы. Вдруг подумалось о жизни и смерти, вспомнились прожитые лета и незавершенные дела.
Внезапно смешные мысли вылетели из головы, и опустошенная голова зазвенела.
Боруслав крепко прижал к себе горячее дитя, наклонился и снял с пальца умершей кольцо с глазом дракона.
Звон в голове нарастал, и от него заболела голова. Чтобы хоть как-то унять эту боль — шагнул он вперёд, продрался через можжевеловый зарост и пошел по густой луговой траве.
Глава 15
Боруслав смотрел на приближающихся аспидов и сохранял удивительное спокойствие. Будто атакующие стаи громадных аспидов он видел каждый день. Боруслав кивнул гриднику, указал глазами на Таномира. Гридник зашел сзади, и заточенное лезвие коснулось шеи Таномира.
Первый аспид был уже на половине лёта от горы, когда Боруслав не торопясь ощупал пояс. В его руке блеснуло, и он поднял руку с витым жезлом вверх.
Таномир никогда еще не видел тоягу в деле. Тем более - не на учебном занятии, а в реальном, настоящем бою, когда на капена с тоягой несется стая крылатых убийц.
Расчет Таномира изначально был сделан на количество аспидов. Для этого он и собрал всех аспидов, кроме птенцов и самок, высиживающих яйца. Даже сильному капену с тоягой в руке потребуется время на разворожение. Последние аспиды обязательно дотянутся до цели. Да и совет Мары все время звенел в голове.
«...Ты должен убить сам, своей волей...»
Мысль о том, что он делает в точности, как советовала богиня, подбодрила его. Таномир усмехнулся краешком рта.
Боруслав не заметил этой еле заметной улыбки. Он уже шевелил губами, вытянув в руке тоягу. Крепко закрыв глаза, он подался всем телом вверх и вперед, будто хотел дотянуться до ближайшего аспида. И он дотянулся. Сначала до летящего впереди, а потом, разом – до всех остальных.
Летевший впереди аспид вдруг закружился на месте. Еще два впереди летевших аспида кинулись вниз, но быстро опомнились и разлетелись в разные стороны, избежав земли.
Летевшие сзади аспиды остановились и бестолково захлопали крыльями, кружась на месте.
Затем общее помешательство закончилось, и вся стая, дружно набрав высоту, перелетела через стену плотного тумана. Аспиды улетели, подчинившись приказу Боруслава.
Боруслав опустил тоягу. Злые карие глаза сверлили Таномира.
- Зови.
Таномир набрал воздуха в легкие и что есть мочи закричал:
- Беги! Бе…
Ребро ладони гридника ударило по кадыку Таномира, захлебнувшегося приступом кашля. Из глаз потекли слезы, и несколько мгновений Таномир видел перед собой только расплывающиеся серые камни. Прокашлявшись, он еле сдержал стон. Дара шла к ним.
Лезвие вновь надавило на шею, и капелька крови неуверенно стекла по шее.
- Так-то… - сказал Боруслав.