Мысли были гнетущими. Кирилл попытался думать о чем-то другом. Вернулся мыслями к завтрашней операции, к Олегу. Стало интересно, каким стал этот парень, как живёт. Кирилл достал телефон и за пару минут нашел одноклассника в соцсетях. Долго всматривался в его лицо на фотографиях, подмечая изменения. На многих снимках он был с женой, улыбчивой стильной девушкой, которую звали Анной. Они были женаты уже давно: до свадебных фоток листать пришлось долго. За последние годы на странице Олега было немало горных пейзажей, снимков у костра или с рюкзаками. Кирилл позавидовал яркой, активной жизни Истриных. Казалось, эти ребята были счастливы. Хотя кто их знает, как всё на самом деле? Мы все выкладываем в интернет только самое лучшее. У Кирилла с Лерой тоже в соцсетях все красиво: фотки с моря, праздники, корпоративы, кафешки. Можно подумать, что все замечательно. Не будешь же фоткать и публиковать домашнюю ругань или напуганного ребенка. Или тот же проклятый, никак не кончающийся ремонт. Вот и про Олега с Аней глупо было бы судить по фоткам.
Кирилл обратил внимание, что на страницах Олега не было ничего, связанного с его религией. Хотелось думать, что он бросил свою секту, но это вряд ли было так. Скорее, он просто умный. Не то сейчас время, чтобы кричать в интернете о своей вере. А то бы за ним пришли не завтра, а гораздо раньше. Что же всё-таки за вера такая, за что я тебя, Олежек, завтра буду лицом по полу возить? Кирилл припомнил название Олеговой конфессии и полез гуглить. Информации было много. «Традиционные» верующие пугали посмевшего сунуться не в то учение безумием и адом. Кто-то писал, что сектанты разбивают семьи, кто-то –что они агенты Запада. Интервью с бывшими единоверцами Олега истекали обиженным нытьем, напоминая Кириллу, как пойманные урки пытались подставить подельников. Было ясно, чего стоят их слова. Правозащитники, наоборот, описывали экстремистов как безобидных овечек, а государство как машину репрессий. Это было больше похоже на правду, но тоже выглядело как-то однобоко. Наконец Кирилл, обойдя блокировку, забрался на официальный сайт к самим сектантам. Там, среди ярких, но лаконичных иллюстраций красовались заголовки статей на разные темы и призывы читать Библию. Ни слова против государства, ни слова даже против других церквей. Никаких призывов жертвовать деньги. Зато внимание Кирилла привлекли заголовки статей про семейную жизнь. Оказывается, эти богомольцы думают, что могут учить кого-то, как строить семью. Что притчи из замшелой древней книженции могут помочь в запутанной и бестолковой реальной жизни. Кирилл зло усмехнулся, чувствуя, как в нем начинает закипать гнев. Но из любопытства и протеста открыл одну статью.
6
Весь вечер за окном шел тихий, но обильный снегопад. Крупные белые хлопья бесшумно опускались из бескрайней тучи, подсвеченной городом в розовый. Завтра Олегу придется идти на участки пораньше, чистить снег. Но он любил эту работу, она заставляла быть в форме, освежала, давала хорошую возможность поразмышлять и оставляла достаточно свободного времени.
Олег и Аня сидели плечом к плечу на диване и читали Библию с экранов телефонов. По очереди, по одному стиху. Иногда один из них забывался и начинал читать второй стих подряд, они сбивались, смеялись и продолжали.
Глава кончилась. На некоторое время оба умолкли, глядя в телефоны и думая над прочитанным. Это была четвертая глава послания Ефесянам, а она просто переполнена важными мыслями. Но какие из них сейчас важны конкретно для каждого из них? Что хочет сказать им Отец? Олег задумался над фразой: «Всякое раздражение, и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякой злобой да будут удалены от вас» – и анализировал свои мысли и чувства за последние дни. Недавно, когда он убирал свою территорию, на него неожиданно наехала одна своеобразная дама с несправедливыми придирками по качеству уборки. И пока она, не умолкая, изливала свою желчь, внутри Олега потихоньку зашевелились раздражение и гнев. Конечно, это не вылилось ни в крик, ни в злоречие. Олег ответил ей кратко и жёстко, как отрезал, и пошёл прочь, делать дальше свою работу. Но можно было отреагировать более спокойно и вежливо. Потом он долго не мог успокоиться, переигрывая в голове эту стычку на десятки ладов и снова раздражаясь. Нужно молиться о терпении к людям, подумал Олег. Спасибо, Отец, что указал на слабое место, я буду работать над этим. Только помогай, пожалуйста... Выйдя из своей задумчивости, он глянул на Аню и увидел, что она тоже погрузилась в какие-то свои, такие же невеселые размышления.