— Хорошо, я уберу.
Джон понимал, что ей нелегко даётся эта улыбка.
— Спасибо, Бетти, — сказал он.
Джон сделал вид, что ничего не случилось. Он не спеша подошёл к Бетти и протянул ленточку к её волосам. Она заметила его и, отклонив голову в сторону, сказала расстроенным голосом:
— Не надо, ты все равно не знаешь, как это делать. Ты только испортишь.
Джон положил ленточку на столик орехового цвета, поближе к заколкам. Бетти неохотно взяла ленточку, повернулась к нему, и сказала:
— Хорошо, я сделаю это, но только в последний раз.
Она стала подносить ленточку то сзади, то сбоку. При этом она хмурилась и сжимала губы, а иногда покачивала головой, поднимая вверх глаза.
— Дурацкая ленточка! Ей неудобно подвязывать. Она не подходит к этой причёске.
— Прости, просто мне трудно забыть то, что случилось.
— Прошло уже почти два года, я давно на тебя не сержусь.
— Я боюсь потерять тебя снова.
— Только попробуй меня потерять.
— Извини. — Джон обвёл взглядом её причёску и вышел из комнаты.
Он прошёл в зал и сел на вельветовый диван бежевого цвета, рядом с декоративной пальмой. Джон вытянул ноги на пушистом зелёном коврике и опёрся головой на спинку дивана. Из детской комнаты послышалась музыка — Бетти поставила своего кумира. Джон радовался, что Бетти меняется, и между ними возникает понимание. Он задумался о Бетти и не заметил, как постепенно стал погружаться в себя. Перед глазами всплывали знакомые образы и очертания. И Джона, словно огромной морской волной, подхватило и унесло в прошлое.
Конец ознакомительного фрагмента