И Диляра с деймоном взялись за дело: убирались, благоговели, познавали… Они чувствовали себя посвящёнными. Чен принял это безразлично, но жить и выглядеть стал почище.
* * *
Первым делом они спешно купили для Ионидеса новую одежду и обувь, после чего отправились на расположенный невдалеке от резиденции нунция автовокзал Баб-эль-Фарадж и приобрели билеты на первый же дальний автобус, уходящий в восточном направлении. Расположенный на Каспии Баку находился, кажется, на достаточном отдалении: два дня в пути, отправление через час. Пока Ионидес в туалетной комнате приводил себя в порядок, Лира пошла в билетную кассу, где после предъявления бумаги от Мустафы Бея была встречена с величайшим почтением—как и обещал знаменитый торговец.
Выяснилось, что их автобус принадлежит к парку, о котором ей говорил Мустафа-Бей: высокой комфортности, для дальних путешествий. Там имелись даже отдельные купе, как в поезде, и королева Татьяна сочла, что довольствоваться меньшим было бы её недостойно. Конечно, это недёшево; но золота Фардера Корама ей хватит ещё надолго. Оплатив купе и комфортное место рядом для личного колдуна, Лира потратила оставшееся время, чтобы купить в магазине на автовокзале нужные в дороге туалетные принадлежности.
Они с Ионидесом вошли в автобус вместе, но пока он не тронулся, почти не разговаривали. Когда городские огни остались позади, и за окнами уже простиралась темнота пустыни, они сели за маленький столик в её купе, попивая принесённый стюардом чай, и Лира смогла расслабиться.
–А теперь,—сказала она ему,—я хочу узнать всё о Лейле Первани.
11. Гора Дамаванд
Пан лежал на спине грифона рядом с Малкольмом и спал, но не крепко: ему снились тревожные сны, лапы его изредка подёргивались, а из горла вырывались тихие всхлипы. Малкольм, конечно же, не мог к нему прикасаться. Вместо этого он зашептал: «Тише, Пан, успокойся. Она в пути, как и мы. Там, внизу, на земле, она будет стремиться туда же, куда и мы—восток. С ней всё будет в порядке. Она сильная, храбрая, умная и хочет найти тебя больше всего на свете. И с ней Аста. Кто мог подумать, что так случится? Когда ты проснёшься, мы всё обсудим и решим, что станем делать, когда окажемся у королевы грифонов».
Маленький деймон слегка притих. Огромные крылья принца Кешвада неустанно ходили вверх-вниз, размеренно хлопая в темноте. Малкольм бы тоже уснул, если бы не боль в бедре и постоянное беспокойство от осознания, что они находятся в сотнях футов над землёй, опираясь только на воздух. К тому же было ужасно холодно. Он глядел на звезды и, чтобы предотвратить затекание и унять ноющую боль в бедре, время от времени с большой осторожностью менял позу, чувствуя временное облегчение; но ничто не могло сделать встречный ветер теплее.
Время шло, и Малкольм всё же невольно уснул, но вскоре проснулся—от потрясения, обнаружив сквозь полудрёму Пана свернувшимся вплотную к своей груди. Видимо, деймон инстинктивно прильнул к единственному имевшемуся источнику тепла, поэтому он укрыл его полой своего пальто и вновь закрыл глаза.
И тут Пан спросил:
–Малкольм, а когда ты увидел грифонов в том саду… ты что, встречал их до этого?
–Не их, но что-то вроде… Пан, когда с Лирой что-то происходит, ты это чувствуешь?
–В общих чертах. Без подробностей. Мы, конечно, всё ещё одно существо, но… А кто это был, вроде грифонов, кого ты встречал?
–Когда мы с Элис плыли вниз по Темзе с тобой и Лирой, маленькими, я—точнее, мы с Элис—встретили древнего речного бога. Великана, вставшего из-под воды. Он стоял прямо рядом с нами. Вообще-то, он брал Лиру к себе на ладонь, а ещё поцеловал кончик своего пальца и коснулся её лба.
–А я что тогда делал?
–Просто лежал рядом и глазел. А потом, позже, мы встретили фею. Она хотела похитить Лиру, но мы её перехитрили. Зато она её накормила: Лира сосала её грудь. В общем, суть в том, что и речной бог, и фея были так же удивительны, как эти грифоны. Словно все они—существа одной природы.
Несколько минут они молчали. Грифоны неуклонно летели вперёд, а звезды на небосводе медленно поворачивались. Потом Пан заговорил вновь.
–Малкольм, как ты думаешь, что такое воображение?
–Я думаю, что об этом ты знаешь больше меня. Ты ведь ушёл искать Лирино воображение, так? У тебя наверняка было какое-то представление о том, что ты ищешь.