–Да брось ты…—махнул рукой Редж, а Бренда сказала:
–Что за чушь. Здесь тебе ничего не грозит.
Но Элис сказала:
–Нет. Знаю, вы меня не сдадите, но как у меня получится тут скрываться? Слишком многие меня знают здесь, в Годстоу, да и в городе. Я чуть было не столкнулась утром с Шейлой Мёрфи, но увернулась. Мне просто нереально здесь оставаться, Редж. Я же не могу сидеть весь день безвылазно в чёртовом шкафу. Нужно куда-то уехать.
–Есть мысли, куда?
–Даже не знаю. Бен говорит, в Лондон.
Отрезав толстый кусок ветчины, Редж сделал сэндвич, положил ей на тарелку и стал отрезать хлеб для следующего.
–Лондонской еде доверять нельзя,—сказал он.—Сэндвичи там делают—тоненькие, жалкие. Съешь целую тарелку, а через полчаса снова голоден. Знаешь там кого-нибудь?
–Да не особо. Просто там столько народу, что будет проще не засветиться. Наверное. С тем, чтобы найти работу, тоже особых проблем быть не должно.
Бренда поставила перед ней чашку с супом и достала из ящика ложку.
–Ешь, пока не остыло.
–Здесь холодно,—добавил Редж.
Элис отправила в рот ложку супа и спросила:
–Тут что, собираются расквартировать солдат? Я правильно поняла?
–Тот офицер смотрел, сколько у нас помещений. По его расчётам, места хватит на тридцать пять человек. Тридцать пять!
–Я их потравлю,—сказала Бренда.
–Они намерены вам платить?
–Да вроде. Но за эти деньги пусть не ждут от меня кулинарных шедевров.
— Ладно, что хоть что-то,—сказал Редж.—Слушай, Элис, я всё переживаю насчёт Лондона. Из бывших слуг колледжа туда никто не перебрался, нет?
–Ну, вообще-то, Салли Джеймисон—насколько помню. Она получила работу в… как же он назывался… большой отель в Вест-Энде…
–«Габсбург»? «Савой»? «Клэриджс»?
–Да, точно. «Савой». Так и сделаю. Пойду туда и узнаю, сможет ли она устроить меня на работу. Запросто.
Она старалась говорить уверенно, даже бодро—но заметила, как Редж и Бренда тревожно переглянулись.
— Чудный суп, Бренда,—сказала она. –Каким варевом нас там кормили… ты бы просто не поверила.
Редж, всё это время продолжавший нарезать бутерброды, отошёл от стола и направился в кабинет. Деймон Бренды, барсук по имени Керин, тихо беседовал с Беном, и Элис знала: если в их разговоре прозвучит что-то важное, он обязательно это ей передаст.
— Полагаю, это вся одежда, что у тебя есть?—спросила Бренда.
–Ну да, естественно. Наверняка от неё воняет. Да и от меня, небось, тоже. Я же вырвалась оттуда внезапно, когда возникала возможность,—хотя мне всё равно особо нечего было с собой взять.
–Что ж, я, конечно, крупнее тебя, но можешь поискать что-нибудь в моем шкафу. Там должно быть пальто размером поменьше. И ванну прими, если хочешь. Когда чистый, чувствуешь себя совсем по-другому. Не забудь про бутерброды. Или ещё тарелку супа?
–Ах, Бренда…
Собственную беспомощность Элис ощущала лишь тогда, когда помощь предлагали ей самой; это было глупо, но тут она ничего поделать не могла. Сейчас было то же самое. У неё вырвался тихий полусмешок-полувсхлип; Бренда сделала вид, что ничего не заметила.
Редж вернулся из кабинета, вновь сел за стол и что-то на него положил. Что именно, Элис поняла, только когда промокнула глаза.
–Перец попался в супе,—сказала она. –Редж, ты что…
Это была пачка банкнот и немного мелочи. Он подвинул деньги к ней.
–Давай, бери, гусыня. Здесь хватит доехать до Лондона и прожить пару недель. Черкнёшь нам потом пару строк: где ты и как устроилась. И не спорь, чёрт возьми. Бери.
–Лондон, пожалуй, лучше всего,—сказала Бренда. –Чтобы затеряться в толпе и вообще…
Элис кивнула и спрятала деньги в карман. Говорить было трудно. Редж ушел подмести террасу—так он сказал,—а Бренда села.
–Как Малкольм?—заставила себя выговорить Элис.—Где он сейчас?
Бренда прерывисто вздохнула.
–В последний раз от него были вести из Константинополя. Я бы и сама хотела знать, где он. Мы даже не уверены, куда именно он поехал.
–А Лира? Он что-нибудь вам о ней писал?
Бреда помотала головой.
–Ни слова. Словно она вообще исчезла с лица земли.
Элис доела суп. Потом сказала:
–Помнишь, он с ней занимался? Лет пять-шесть назад?
–Да, смутно. А что?
–Там были какие-то трудности… Они поссорились или что-то в этом роде?
–Кажется, он жаловался на неё—мол, не работает, вечно находит отговорки,—но ничего серьёзного. Уже не припомню, честно говоря. У него было ещё несколько учеников школьного возраста—просто чтобы немного подзаработать.
–А-а-а… А мне она пару раз жаловалась на него. Но, прямо скажем, не хотела бы я ей что-то преподавать.