– Прости, не знаю, что на меня нашло, – закусила губы она, чувствуя себя законченной идиоткой.
Хватило короткого мига, чтобы его руки внезапно пригвоздили ее к уже знакомой влажной коже куртки прежде, чем мгновение спустя она ощутила теплые мужские губы на своих. Язык друга не встретил сопротивления и беспрепятственно ворвался в ее рот. Наверное, описание из книжек неверно. Бабочки в животе? Да, вы шутите! И кровь огненной лавой не кипела в венах, но странное ощущение, что плыла земля, не оставляло. Внезапно куда-то пропал воздух, опустошая легкие, и время замерло целой вечностью. Мурашки? Да, бегали, и уже непонятно было то ли от дождя, то ли от поцелуя, но главным аспектом выступило то самое тепло, что теперь разливалось от груди куда-то вниз. Словно вспышка прошила где-то в районе желудка, позволив мыслям в миг улетучиться вместе с подозрением, что все неправильно. Это просто было не похоже ни на что иное, это не полет в космос, это – какой-то неясный жар, чтт окутал тело даже в сырой насквозь одежде. Чувство чего-то родного до глубин человеческой души. Родного, и, наверное, все же запретного...
– И что... это было? – подозрительно сузив голубые глаза, спросил Тоша, отпустив ее губы, чтобы отдышаться. Слишком много эмоций подарил этот миг, заставив задыхаться. Ему необходимо было знать, что это не игра. Что она не жалеет о содеянном. Ведь он не жалел.
– Нельзя было этого делать, – признала она, остро чувствуя себя виноватой за внезапный порыв. Ее ноги все еще создавали ощущение вылепленных из ваты, и она неосознанно цеплялась за плечи друга, которые давно следовало бы отпустить.
– Нельзя, – подтвердил он, теперь пожалев, что не смог противостоять желанию рискнуть.
– Тогда, может, забудем? – через силу улыбнулась она, заставив себя сделать шаг назад от слишком близкого края пропасти.
Лишь короткий кивок замкнул опасный разговор. Нельзя! Но переступив грань, нет смысла думать, что вернуть все в старое русло возможно. Иногда, чтобы забыть последствия неправильных с человеческой точки зрения обстоятельств, целой жизни бывает мало. Один неосторожный шаг заставляет зависнуть на краю пропасти, когда дороги назад уже нет.
Выстроенные с таким старанием стены, что воздвигала вокруг себя Ариадна, дали заметную трещину, нарушив привычный ход вещей. Теперь она знала, почему Диана жаждет поцелуев собственного парня, ведь ее представления о чувствах были в корне не верны. Возможно, что и в остальном она ошибалась, но главное – она ошибалась в значимости Тоши в собственной жизни, а это было опасным обстоятельством и для нее, и для него.
Он отчего-то знал, что рано, или поздно, они непременно столкнулись бы с подобной ситуацией, ведь вечно держать себя в насильно созданных рамках, человек не в состоянии. Кто-нибудь непременно бы сорвался и сломал все стены разом, но вопрос: "как забыть то, что забыть невозможно?", отныне оставался безответным для обоих...
Паучьи сети
На самом деле - умение выражать свои мысли на бумаге, которому Ариадну научил Тоша, сыграло с ней злую шутку. Теперь было слишком просто обнародовать собственные сомнения, выливая их в странички тетради, с ,по-детски, розовыми мишками. Ведение дневника не редкость, но девушка никогда не стремилась к этому. Казалось минимум странным, выливать эмоции на бумагу, но теперь это было как нельзя кстати. Впрочем, подводные камни существовали, теперь эти невысказанные мысли знала розовая тетрадь, а не те люди, которым эти слова предназначались.
"Честно говоря, мне всегда казалось, что я знаю, как на самом деле выглядят чувства. Я думала, что пойму, как не оказаться в идиотской ситуации, когда сердце играет большую роль, чем разум, но похоже, я не понимаю ничего...
Хочется верить, что в жизни человека ничего не происходит просто так. Ничего не бывает свалившимся на голову от скучающего неба! "Не взаимной любви не бывает", - так он сказал когда-то. Так как понять, что это такое? Какое определение существует для любви?
Мне слишком непросто определить, что со мной происходит? Я не представляю себе жизни без него. Уже не представляю. И мне страшно! Я боюсь потерять то малое, что уже имею. Не знаю, как другие с этим справляются. Я восхищаюсь Дианкой, которая превозмогая страх, добивается своего. Она знает, чего хочет, а я нет. Я просто тыкаюсь, как слепой котенок, и не понимаю, что творится со мной. Мне стоит напомнить себе, что я не должна переходить границы".