Усевшись за кухонным столом, девушки наблюдали, как Тоша достает рюмочки под настойку, пока Ромка помешивает мясо. Остро чувствуя спиной нарастающее напряжение, Диана завела разговор на отрешенную тему, выбрав для этой цели, маячившие впереди шашлыки. Беседа пошла вполне размеренно, немного разрядив обстановку.
Вскоре на стол легла карточная колода, которую тут же схватил Ромка, чтобы раздать на четверых. Перетасовав карты, он с завидным мастерством раскидал их на четыре стопки, и, усмехнувшись, спросил:
– Как насчет игры на желания?
– Почему бы и нет, – пожала плечами Диана, зная, что среди их четверки такая игра безобидна, как в детском саду.
Тоша и Ариадна не высказали ни слова против, а потому негласное согласие было получено. Желания друзей редко переходили границы, а потому игра протекала в привычном русле. Настроение ребят значительно улучшилось, пока проигравшие кукарекали, скакали на одной ноге и, как ни странно, представляли официанта на ужине, обслуживающего скромный стол.
Настойка на рябине горячо скользила по горлу, согревая внутренности, и слегка дурманя голову. Ариадна чувствовала себя значительно лучше, когда рядом были те близкие люди, с кем чувство защищенности вошло в привычку. Веселый вечер лишь портили вибрации приходящих сообщений на мобильный телефон, чьим автором выступал ее новый знакомый. В принципе, послания были довольно банальны и составляли размытый диалог, начиная от вопроса "что делаешь?", и, заканчивая "когда придешь домой, напиши, я позвоню". Девушка старалась не придавать им особого значения, но что-то подсказывало, что Иван взялся за нее всерьез.
Тоша замечал, что иногда Ари что-то строчит на телефоне, нахмурив тонкие брови. Не надо было быть гением, чтобы догадаться о том, кто донимает ее повышенным вниманием. Он и сам не мог объяснить, почему его так бесит сам факт существования какого-то левого упыря, обхаживающего его же подругу. Может, он просто привык к тому, что она всегда одна? Парни никогда не интересовали ее, хотя его же сослуживцы с работы пытались ухлестывать за ней, когда Антону хватило ума потащить Ариадну на корпоративную вечеринку, но она-то воротила нос, всем видом показывая, что в мужском внимании не заинтересована. Так что же такого особенного в этом человеке, что она с таким рвением пишет ему ответы, наплевав на то, что находится в обществе друзей? Ладно Ромка и Диана, их она могла видеть в выходные дни, но он отсутствовал и надеялся, что Ари хоть немного скучала по нему, а в итоге скучал он один. Пригубив очередную рюмочку, Тоша поймал себя на мысли, что начинает закипать, отчаянно желая выбросить телефон подруги в окно. Засунув в рот кусок мяса, он с бешенством наблюдал, как она пишет очередной ответ этому идиоту, который уже был, наверное, двадцатым по счету.
Диана наблюдала за обоими через веер карт в руках. От нахмуренного лица подруги, ей хотелось выть. Вот на кой черт она пишет ему, зная, что он теперь и без того не отвяжется? Частично она разделяла эмоции Тоши, начиная злиться на особенность Ариадны боятся обидеть других людей. Кому какое дело до чувств какого-то там Ивана, если общение с ним причиняет подруге дискомфорт? Это же просто лишено логики! В итоге, Диана не выдержала и рявкнула, заставив всех остальных дружно вздрогнуть:
– Ты отложишь этот чертов телефон, или нет?! В конце концов, сколько можно втыкать в чертовы сообщения?!
– Диана! – возмущенно фыркнул Ромка, остановив тираду девушки, которая обещала быть особенно долгой и ни капли не теплой.
Ариадна покраснела и бросила телефон в сумку. В душе она понимала ее злость, но все же посчитала замечание слишком резким. Вот почему, когда у нее отношения с Ромкой только начинались, она постоянно была занята только ими, а теперь выходит она сама чем-то хуже Дианы что ли? Конечно, речи об отношениях с Иваном не идет и не будет в принципе, но все-таки. Ее чувства отчего-то уважению не поддаются, или как? В душе разлилась обида, и она поймала себя на мысли, что в уголках глаз начинают собираться предательские слезы. Сначала Тоша со своим мясом, теперь Диана недовольна ее сообщениями, что дальше? Ей укажут, кто ей подходит, а кто не в кассу? Подавив слезы, девушка выдавила подобие улыбки и, поджав губы, выдохнула: