Вздохнув, она закусила губу. Что же ей делать с собой? Признать очевидное? Но разве в ее глазах нельзя прочитать плохо скрываемую правду? Если Тоша упорно делает вид, что все нормально, значит, ему не нужно переводить отношения на новый уровень, так? Друзья, и только…
***
Антон почти швырнул телефон в стол. Боже, сколько это будет продолжаться, в конце концов? Он, что, ребенок? Почти неделю слоняется по пустой квартире, как привидение, и не может заснуть, ведь, мягкого тела подруги больше нет под пальцами.
Иногда ему кажется, что ее взгляд становится осмысленным, и в нем разливается тепло и благодарность, но спустя пару мгновений снова подергивается холодом, не давая сердцу и грамма надежды. В чем он провинился, когда встретил ее на своем пути? Впрочем, кто бы еще вытащил ее из того кошмара, в который она себя добровольно загнала? Видимо поэтому он и стал ей другом. Какое же блеклое слово, сил нет! Равносильно – ничто!
— Тоха, не спи на столе! — хмыкнул Кирилл из канцелярии, проходя мимо стола коллеги.
— Угу, — отозвался Антон, поднимая голову над сложенными руками. — Пришел договор с гаражом?
— Уже подписали, — гордо ответил пухленький парень, чуть старше самого Антона. — Мне кажется, или на тебе лица нет?
— Увы, ты слишком проницателен, — признался Тоша, тягостно вздохнув, по привычке поправляя воротничок белой рубашки. — Места не нахожу себе последнюю неделю. Сплю по два часа.
— Поделишься? — Кирилл уселся напротив потертого стола коллеги, по-хозяйски обнимая спинку такого же старого стула. — Две головы лучше одной.
— Это, да, — согласился Антоша, — но слишком личное, понимаешь?
— Князев, не будь таким инопланетным! — фыркнул толстяк. — Если ты не в состоянии спать, как все нормальные люди, значит, пора искать выход у более сведущих людей, не находишь?
Тоша фыркнул. Нашелся, сведущий! У самого никакой личной жизни, кроме ухода за больной матерью! Какой из Кирилла помощник в сердечных делах? Может, ему бы просто стоило выкатить подруге правду, что она слишком много для него значит? А что потом? Что будет с ней? Испугается? Заплачет? Исчезнет из его жизни?
— Я безответно влюблен, — сдался Антон, устав носить в себе эту ношу почти три года. — Сил нет уже выносить все это.
— Безответно? — эхом повторил Кирилл. — Это точно?
— Точно, как день, — буркнул Князев, ухнув кулаком по столешнице. — Друзья мы, твою мать!
— Передружба, недоотношения, значит, — погрустнев, протянул коллега. — Плохо дело. Выход из этой паутины один, друг, тебе надо завязывать с этим. Познакомиться с другой девушкой, замутить с ней, а там клин клином и вышибет.
— Не могу я ее бросить, — покачал головой Тоша, — у нее душевная травма была, и как я оставлю ее один на один с болью?
— А твоя боль не в счет? — возразил Кирилл. — Люди выгорают от любви, которая выхода не находит, поверь человеку, который старше тебя. Потом костей не соберешь!
Антон вынужден был согласиться. Иногда и правда казалось, что непогашенный пожар сжирает его изнутри, и эти дебильные минуты отдыха рядом с белоснежной кожей подруги с ума его сводили, выбивая из-под ног почву, а выход так и не находился, как и в первый год их знакомства. Так с чего он взял, что ему когда-нибудь полегчает? Нет, Кирилл прав, надо ставить Ариадну на ноги, и валить куда подальше от отношений, которые, в конце концов, способны его убить…
***
Встретив в конце занятий знакомый холодный взгляд зеленых глаз у выхода, Ари собрала волю в кулак, чтобы не метаться по коридору, как последняя дура. Так уж устроена жизнь, что ей суждено натыкаться на собственный кошмар, пока она не покинет это учебное заведение. Как же найти успокоение? Может, пойти в церковь?
Иван встал на дороге, загородив выход, но девушка смело попыталась протиснуться через крупную фигуру бывшего.
— Даже не поздороваешься?
— Не вижу смысла, — выплюнула Ари. — Насколько я помню, мы уже все решили.
— Ты решила, — поправил парень, выходя с ней в двери корпуса. — Я понимаю, что вел себя не лучшим образом, но я изменился, и хотел бы вернуть наши отношения…
— Что? — ахнула девушка, уставившись в его лицо. — Ты думаешь, что я сумею простить все, что ты со мной сделал?