– Зайка моя, меня радует уже то, что твои кошмары сами тебе сказали «Пока!» – такое не у каждого маленького человечка бывает! – тут она нежно потрепала Его Величество за мочку уха. – А если твой «Безликий» попробует сюда сунуться сам, мы уж, не беспокойся, найдем на него управу!
– Правда?! – с какой–то почти детской надеждой воскликнул Король и подскочил в постели.
– Честное–пречестное слово, любимый! – сказала Фея. – Ты же знаешь, дорогой, феи никогда, никогда не лгут! – и, лукаво улыбнувшись, щелкнула мужа по носу, как в те славные добрые времена, когда они были просто «Добрым Принцем» и «Прекрасной Феей».
Весь день накануне праздничных торжеств прошел великолепно. К Его Величеству вернулся аппетит, щеки порозовели и он почти весь завтрак, а потом и обед – беззаботно смеялся. Фея переложила всю организацию торжеств на своих фрейлин, решив весь день посвятить мужу – она так истосковалась по нему за три месяца пребывания в беспамятстве!
Особенно здорово было на обеде. Фея решила устроить его без посторонних, собрав только членов их маленькой семьи, без слуг и придворных, как «в старые добрые времена». В уютной розовой совершенно круглой комнатке за круглым же столом, застеленным скатертью с зайчатами и бельчатами, весело пляшущими на лугу, уселись Король и Королева, принц Алоис со своей супругой принцессой Элен, которая была на шестом месяце беременности, королевские дети и, конечно же, Зверята. Детям шел уже пятнадцатый год, но к огромной радости Короля их не забрали, как старшеньких, в Школу. Оно и понятно, теперь они – принц и принцесса королевского дома Авалона, они уже не подчиняются законам Сообщества. А потому все необходимые магические предметы они просто проходили на дому под руководством домашних учительниц и воспитательниц – фей в специально отведенных покоях королевского дворца.
Котенок и Щенок были в ударе. Самый смешной номер, который они показывали, был номер «глупый рыцарь». Котенок с печным ухватом вместо копья изображал глупого рыцаря, который вместо коня сел на осла (которого конечно же изображал Осленок!). Когда этот горе–вояка увидел проходящую по улице собаку (которую изображал Щенок), то подумал, что перед ним чудовище и завязал с ней драку деревянным мечом (потому что при покупке меча его надул продавец, продав ему вместо стального – деревянный!). Тут собаке пришлось бы плохо, если бы в конце сцены не заявилась жена этого рыцаря, иллюзию которой наколдовал Котенок, и оказалось, что рыцарь оказался простым мужиком, который просто допился до «белой горячки», а потому его и потянуло на подвиги.
Роланд смеялся больше всех! Сценка изобиловала сальными остротами и комическими ситуациями. А Фея заворожено смотрела на лицо мужа и вся светилась от счастья – как давно она не видела мужа смеющимся! А потом она по многочисленным просьбам взяла в свои точеные бело розовые ручки лютню, а ее невестка – Элен – гитару, чтобы дуэтом исполнить любимые для всей семьи песни по мотивам сказок Принца. Тут нашлось место и мышонку Ушастику, который любил греться по ночам на теплой серенькой шерстке Котенка, и бурундучку Бунди и его друзьям – белочке Белле и суслику Сэму, которые жили вместе в одной норке и никогда не скучали, и Маленькой Фее, жившей в розовом цветке и любившей танцевать прямо в воздухе.
Песни были веселые, светлые, голоса фей были наполнены радостью, а играли они так, что все стали прихлопывать им в такт, а дети даже взлетели в воздух, чтобы станцевать под потолком, изображая танец Маленькой Феи, о которой пели их мама и тетя Элен.
– Я вижу, дорогой, наши дети соскучились по танцам, – весело подмигнула мужу Фея. – Сегодня же вечером будут танцы!
И верно, вечером были танцы. Роланд давно не танцевал, а потому когда он зашел в украшенную разноцветными магическими фонариками бальную залу и ощутил запах Цветов Любви, чьи чувственные мягкие бутоны украшали розовые шелковые занавески, он не мог удержаться. Элен решила не рисковать в своем положении, а потому заняла место с феями – музыкантами, и танцы начались. На них были приглашены только самые близкие друзья, здесь не было официоза и помпы. Это был домашний праздник, праздник выздоровления Короля.
Король танцевал только со своей Королевой, а Королева – только со своим Королем, и они никого не замечали вокруг, как тогда, на празднике их бракосочетания. И им было хорошо вместе.
Король даже не помнил, какие танцы они танцевали – авалонские или феины. Впрочем, это было и неважно – от волшебных инструментов оркестра ноги и руки сами бросались в пляс. Король не помнил, во что была одета супруга – в платье традиционного покроя на кринолине, с корсетом и декольте или в феино легкое короткое воздушное платьице. Он видел только ее огромные голубые глаза, глубокие и яркие, как само авалонское Озеро, и ее смеющееся счастливое, светящееся каким–то внутренним светом лицо. И он сам – смеялся, смеялся и смеялся…
А на праздничные мероприятия Король и Королева решили вообще не ходить. По просьбе феи, ее фрейлины так ловко запрограммировали иллюзии, что они всем казались настоящими Королем и Королевой! А сама венценосная чета, рано утром, вместе с детьми и Зверятами отправились кататься по Озеру на роскошной одномачтовой розовой лодке с тентом и алым шелковым парусом. Охрану не взяли – ведь все думают, что монархи в городе, на празднике –, а за весла сели Зверята вместе с самим Королем. Ему нравилось грести – огромное наслаждение размять отвыкшие от нагрузки мускулы, тем более когда на корме сидит его Прекрасная Фея и с такой любовью смотрит на него и улыбается. А когда Король устал, Фея наколдовала ветерок и лодка шла под парусом ровно туда, куда им хотелось – на Зеленые Острова.
Там вся счастливая семья высадилась на берег, а Фея с Котенком и Осленком уже накрывали раскладной столик вкусными яствами, с любимой для всех розовой ватой в розовых мисках и прохладным розовым соком в бокалах. А Король со Щенком и детишками отправились приглашать к столу местных жителей – маленькую черепашку, выводок зайчат и ежика, с которыми дети познакомились еще пару месяцев назад, гуляя по Островам. Король с огромным удовольствием познакомился с находкой своих детишек – ведь он отлично умел общаться с животными и растениями! А потом они понесли своих друзей к столу. Черепашка и зайчата с большим аппетитом уплетали листья салата, а ежик даже не отказался от блюдечка с розовым соком. Он так смешно сопел и хлюпал, когда его пил, что вызвал восторженный смех всей семьи. Каждый хотел приласкать зверушек, даже Осленок!
– Ты бы знал дорогой, как я счастлива! – располагаясь под жарким солнышком на постеленном посреди лужайки, поросшей клевером и ромашками, покрывале, сказала Фея. Она была в легком полупрозрачном белом платьице с синими васильками и соломенной длиннополой шляпке с голубыми лентами. Фея похлопала рукой по покрывалу, молчаливо приглашая мужа прилечь с нею. Пахло цветами, свежей травой, оглушительно стрекотали кузнечики, летали разноцветные бабочки, деловито жужжали пчелы и шмели, кропотливо лаская мохнатыми лапками нежные венчики цветов. Дети со Зверятами возились со своими новыми друзьями, устроив соревнования по бегу между черепашкой, ежиком и зайчатами, где–то вдали раздавались их счастливый смех и крики.
– Я тоже, – прошептал Король. – Знаешь, Фея, было бы здорово, если бы мы с тобой, как раньше, жили бы вот так, в лесу. Без всяких дворцов, корон, двора… И были бы мы снова – не Их Величествами, а Добрым Принцем и Прекрасной Феей… А? – он поправил рукой выбившуюся прядь волос Феи и умоляюще посмотрел ей в глаза.
– Ну–у–у–у, – протянула Фея и лукаво посмотрела на мужа. – Королем и Королевой тоже быть неплохо! Балы, приемы, выходы в свет…
Лицо Короля тут же скуксилось и он отвернулся.
– Ну, дорогой, я пошутила! Хочешь, я наколдую такие иллюзии, которые будут сидеть на престоле вместо нас, а мы на целый год уедем с детьми путешествовать инкогнито, а? – Лицо Короля просветлело и он повернулся к Фее. – Только ты, я, дети и Зверята… Идет?
Король счастливо рассмеялся.
– А теперь, айда купаться! – и, схватив легкую и воздушную Фею на руки, Король бросился в нагретую жарким солнцем теплую воду Озера. – Кто вперед доплывет до того островка!