Произошедшее после не поддается никакому описанию!
Люди, еще недавно роптавшие, здоровые мужики в зеленом и с оружием в руках, зарыдали как дети и рухнули на колени. Со всех сторон послышались восторженные крики: «феи», «небесные владычицы», «Ее Величество», «мы спасены», «небо услышало нас», «Создатель с нами» и все в таком духе. Благоговейный шепот с придыханием, молитвенно воздетые руки, восхищенные глаза и лица, капающие из глаз слезы… В доли мгновения было забыто все – монстры, опустошение, потери, а также таинственное бездействие фей… Теперь Они здесь – и значит все будет по–прежнему, все будет хорошо, как раньше. Они здесь, а это значит – Создатель рядом, значит – Небеса близко, значит… Скоро все переменится к лучшему и победа уже не за горами!
Наоборот, ночные охотницы зашипели, их косматые мужья утробно зарычали, Кора раздосадовано поджала губы, но промолчала, глядя как Гастон плачет вместе со всеми, глядя на сияющее царственное личико Прекрасной Королевы – Феи. А Милена, ойкнув, спряталась за ближайшую колонну, моля Создателя лишь о том, чтобы ее родная мать не узнала свою изменившую Сообществу дочку – пусть лучше считает ее погибшей вместе со всеми остальными воительницами «ЖАЛА»!
– Я рада, о, возлюбленные мои, – воскликнула Королева, – что Я обрела вас, и вы – Меня. Жаль, что Я прилетела слишком поздно – тут в ее глазах мелькнули слезы, когда она горестным взглядом окинула картину всеобщего запустения и разрухи, – но нас задержали дела и прорывались мы сюда тоже с боем. К тому же, вся Целестия тряслась от каких–то чудовищных катаклизмов – землетрясений, бурь, ураганов… В общем, мы немного опоздали, но вижу, что не совсем.
– А тебя, Гастон, Я особенно рада видеть, тем более, что именно ради тебя Я здесь. Ты мне нужен – и как можно скорее. Я с радостью благословляю твое посвящение Магистром Третьего Ранга нового Ордена и с радостью принимаю для себя и мужа первые два ранга. Но, поскольку ни ему, ни мне не с руки руководить людскими воинствами, Я с радостью назначаю тебя исполняющим обязанности Магистра Первого Ранга и хочу, чтобы ты сам подобрал себе двух наиболее отличившихся в последних сражениях воинов. Но это не единственный Мой Дар. После посвящения Я предлагаю тебе занять вакантную должность Главнокомандующего всеми вооруженными силами Содружества, которые я уже начала собирать в Кронбурге, а взамен торжественно объявляю тебе и твоим людям полную амнистию во всех преступлениях, которые они совершили против Священных Принципов Порядка и Процветания. Тебе возвратится твой законный титул принца Кронбургского, все твои владения и имущество, а также будет даровано право быть наместником Короля и Королевы в тех графствах, которые ты отвоюешь силой оружия и на четверти доходов, получаемых с них. Думаю, это поистине королевское вознаграждение! – и Эсмеральда торжественно опустилась на землю, окруженная своими фрейлинами и протянула свою точеную тонкую ручку, покрытую восхитительной нежной как у младенца розовой кожей, Гастону для поцелуя.
Весь монолог Королевы Гастон и его людьми слушали, не прерывая, с придыханием. Асмунд беззвучно рыдал, не стыдясь слез. Мягкий спокойный голос Феи убаюкивал и исцелял душевные раны, они словно вкушали мед, хмельной и сладкий, и не могли оторвать своих глаз от ее светлого как солнце личика.
А когда Королева протянула ручку для поцелуя, Гастон тут же приложился к ней и к большому рубину на перстне – печатке с символом герба Авалона – черным орлом с распростертыми крыльями.
– Я… Я… Я принимаю Ваш поистине королевский Дар, Ваше Величество, – тихо, с придыханием произнес Гастон и слезы в его глазах говорили о том, что он говорит искренне. – Готов служить Вам как преданный слуга, до последней капли моей крови!
– Ну, вот и прекрасно, – облегченно выдохнула Королева, выдавая этим свое тщательно скрываемое внутреннее напряжение. – Возлюбленная Кора, можете продолжать Таинство Посвящения! – повернулась Фея, как ни в чем не бывало к оторопевшей от такой дерзости Коре, как поворачивается Королева к своей служанке. – Вы ведь избраны Прекрасной Дамой этого Ордена, – голос Феи дрогнул, но она тут же отвернулась и отошла к своей свите, которая уже поставила на землю материализованный прямо из воздуха стульчик с вензелями королевского дома, с пурпурными подушками на сиденье и спинке.
Кора сжала губы и проглотила унижение. Ничего другого от фей она и не ожидала – вековая вражда, взаимное непонимание и соперничество… Но сейчас все должно отойти на второй план перед главной задачей – объединиться ради спасения Целестии – это, и только это отныне имеет значение, тем более что ночных охотниц осталось всего ничего…
Кора незаметно смахнула рукой слезинку и, улыбнувшись, приступила к Таинству – произнося «nasciendo vincere», она била мечом плашмя по голове и по плечам опять склонившегося на одно колено Гастона. При каждом прикосновении меч ярко вспыхивал и через Гастона проходила какая–то сила, словно электрический ток, а одежда и сам внешний вид Гастона стремительно менялся. Одежды под зеленым плащом стали серебристо черными, а его внешний вид приобретал поистине царственные черты.
А потом, встав и приняв меч из рук Коры, Гастон повернулся к своим воинам и сказал:
– Моими заместителями будут Асмунд и Рольф. Нет преданнее и величественнее воинов в Братстве. Асмунд, хоть и юн, однако именно ему мы обязаны сегодняшней победой. Рольф – простолюдин не рыцарского рода, но он всегда был мне верен и проявил себя как великий воин. Подойдите ко мне, о, возлюбленные братья, я посвящу вас!
Рольф покраснел до кончиков ушей, а Асмунд – до корней волос –, но оба они подошли к Гастону и тоже припали на одно колено. Гастон посвятил их своим мечом. А те – в свою очередь – остальных 49 паладинов, а паладины – рядовых воинов своих отрядов.
Когда же были посвящены последние, Кора воздела свои руки и воскликнула:
– Да будет данная Вам сила и достоинство использованы на благо Целестии и никогда – во зло! Да будут Рыцари Черных Камней новыми хранителями этого мира! Хранителями, а не Разрушителями!
И крики сотен и сотен глоток заглушили ее слова, равно как и лязг мечей, которыми били по снятым с голов черным шлемам. Почти тысяча рыцарей приняли возложенное на них свыше призвание. И не было минуты более счастливой для них!
Но больше всех ликовали трое. Гастон – что обрел вновь свой дом, Авалон, из которого был изгнан, и Прекрасную Даму, которой ему так не доставало, чтобы быть настоящим рыцарем. Асмунд – что вживую увидел Королеву и услышал ее медовый голос, а также что его посвятили в рыцари на глазах у Милены. А Рольф – что в одно мгновение стал из простого мужика человеком благородного звания и что теперь он может сам содержать свой собственный замок, и никогда уже не будет спать в псарне, а спина его никогда уже не будет знать плети.
Лишь только Кора не могла разделить всеобщей радости. Она посмотрела на Королеву, их взгляды встретились, и в глазах давней соперницы она прочитала то же, что чувствовала сама – тревогу, сомнение, боль…
Но Фея, спохватившись, тут же вернула глазам прежнее выражение солнечной радости и поистине королевской властности, а улыбке – медовую сладость. Кора усмехнулась, но как всегда промолчала.
Глава 21. Пламя во мраке.
1.
Темнота… Нет ничего более загадочного, ничего более пугающего, ничего более интригующего, чем темнота! Кто в детстве не боялся темноты, кто с испугом не смотрел, чуть высунув нос из–под одеяла, в пелену окутавшего комнату мрака, в котором привычные предметы приобретают совершенно непривычные очертания – в мрак, одновременно пугающий и манящий неоткрытыми никому, кроме тебя, тайнами?
Впрочем, наверное, для ребенка это и так, но для взрослого карлика, который вот уже не одну сотню лет совершает невероятно скучные обходы темных тоннелей в окрестностях Пути, – темнота выглядит совершенно по–другому. Темнота для него также привычна, как паутина за печкой, как вечно дремлющая на табурете кошка, как покосившийся забор за окном. Скучно!
Карлик Мерлин из Желтого Клана откровенно скучал. Он ненавидел эти проклятые обходы.