Но Мерлин – как и все остальные карлики – патрульные – этого уже не увидел. От удушающего пара, наполнившего все ближайшие тоннели сразу после прорыва черным потоком бетонной пробки, он потерял сознание, а потом его тело полностью исчезло под надгробием из черной зловонной влаги.
2.
Но все же внезапная гибель дюжины патрульных не осталась незамеченной. Командный центр Хранителей Пути у Внешних Врат сразу получил своевременную информацию.
Врата представляли собой всего лишь на всего металлические, толщиной в два карличьих роста, пластины, запиравшие проход в Потаенные Пещеры. Их было всего трое – по одной на каждый тоннель. Одни для пешеходов, другие для техники, третьи – запасные. Все они были открыты. Но как только на анализаторах исчезли изображения почти всех патрульных, автоматика сработала безотказно – Врата тут же захлопнулись так, что даже и ножу невозможно было бы найти щель между металлическими пластинами и тоннелем. А уже в следующий момент бешеные потоки черной жижи разбились о неожиданно возникшее препятствие. Но Врата – по крайней мере, сейчас – выдержали. Даже пещерные дэвы, против которых они в незапамятные времена создавались, и те не смогли бы их выломать. По командному центру прокатился вздох облегчения…
Командный центр – это небольшая круглая пещерка – освещенная электрическими лампами дневного света, искусственно выбитая в боковой стене от левых, запасных, Врат. Здесь постоянно дежурило по одному Старшему Хранителю от каждого Клана. Помимо уютных диванчиков и кресел, здесь в центре стоял круглый гранитный камень, в центре которого был вделан большой хрустальный кристалл – анализатор, на котором изображалась вся схема ближайших тоннелей. Вокруг этого круглого «стола» сейчас толпились, почти не дыша, с круглыми от удивления глазами, все семеро Старших Хранителей в разноцветных касках и с разноцветными значками на кожаных комбинезонах. Вся многомильная сеть внешних тоннелей покрылась тьмой – все, что было за пределами Врат видимо еще каких–нибудь пять минут назад – за считанные минуты перестало быть видимым.
– Не–ве–ро–ят–но… – прошептал, наконец, Зеленый Хранитель, снимая каску и обнажая слипшиеся от пота огненно рыжие волосы.
– Ш–што бы это могло быть, а, братья? – подхватил почему–то тоже шепотом Синий.
– Ж–жидкость какая–то… Может, подземный поток изменил свое русло или извержение сверхнового вулкана…?
– Дурак ты, Круль! Какой тут вулкан! Да и какой, скажи мне, пожалуйста, подземный поток заглушит лучи анализатора, который ежесекундно сканирует внешние тоннели?! – вдруг заорал Красный, но тут же притих, потому что все на него посмотрели так, словно от его крика неизвестная угроза станет еще опаснее.
– А мне кажется, что это Первичный Субстрат, – вдруг тихо, но уверенно, с видом знатока, вставил Голубой. – Только он обладает свойством поглощать излучение анализаторов. И не удивительно, ведь он же по своей природе ничто, просто бескачественная, темная материя, а потому…
– Слушайте, заткните этому умнику глотку, пока я ему в рожу не дал! – опять взбесился Красный и сунул под нос Голубому свой увесистый кулак, но Желтый его вовремя перехватил, а кто–то толкнул локтем Голубого и тот замолчал на полуслове. – Нам только лекций по физике тут не хватало! Срочно связываемся с Советом Мудрых!
– Но сейчас еще ночь… А если тревога ложная? – попробовали было ему возразить, но тот уже прикоснулся пальцем к лобовому камню анализатора, вызывая круглосуточного диспетчера в Хрустальных Чертогах.
Вскоре все тоннели у Внешних Врат были забиты техникой. По десять машин на тоннель в ряд стояли испытанные в бесчисленных сражениях с подземными чудовищами «кроты», направив жерла своих огнеметов на закрытые Врата. На «броне» и между машинами стояли стройные ряды големов, также с огнеметами наперевес. Прожекторы на машинах и на лбах големов ярко освещали Врата. Все карлики, даже из командного центра, давно были эвакуированы. Големы и машины работали в автоматическом режиме.
Зато у Внутренних Врат, копии Внешних, но закрывающих тоннели, непосредственно ведущие в подземный город – уже собрались почти полсотни ученых, инженеров, конструкторов и ведущих тоннелепроходчиков. Здесь был оборудован переносной командный центр. Большой дисковый анализатор с картой стоял на переносном металлическом лафете с колесами и моторной тягой. Вокруг него стояли все присутствующие и что–то гулко обсуждали, махали короткими пухлыми ручками, что–то друг другу доказывая. В этом шуме совершенно ничего не возможно было разобрать. Лишь только один карлик – с длинной седой бородой и в длинном желтом колпаке на голове с белым помпоном и в круглых очках на красном носу «картошкой» молчал. Это был Желтый Советник.
Сверхмощный анализатор показывал на своем голубом экране предельно возможную для себя единицу – 1 миллион эр – это энергия, сопоставимая с энергией, выделяемой средним по мощности вулканом –, но уверенности в том, что излучение у Внешних Врат не больше этой величины не было никакой.
Наконец, Желтый отвлекся от своих дум и знаком подозвал к себе Голубого Старшего Хранителя.
– Итак, ты считаешь, что это Первичный Субстрат…
– Да, Советник, – тихо, но твердо сказал Голубой Хранитель, почтительно сняв с головы каску и нервно теребя ее в своих пухленьких карличьих ручках.
– Хорошо, – поджав губы, процедил Советник. – А как ты объяснишь, что Субстрата так много? Ведь чтобы затопить все тоннели и, более того, чтобы прорвать Завал потребовались бы миллионы и миллионы…
– Я знаю, Советник, – также тихо, но твердо сказал Голубой Старший Хранитель. – Это вполне объяснимо. Субстрат может бесконечно увеличиваться в объеме, если он не будет испаряться. Он ведь бескачественен, а потому может вбирать в себя бесконечное количество энергии.
– И…?
– Кто–то закрыл каналы, по которым он раньше испарялся на поверхности и искусственно создал ситуацию, когда он стал бесконечно возрастать в объеме.
– Забавно! Но тогда Субстрату надо стать разумным, таким же умником, как и ты, Старший Хранитель, – натянуто хмыкнул Советник. – Да и потом… Насколько Совету известно, Излучатель давно уже отключен. Что тогда служит катализатором для увеличения объема?
– Субстрату совершенно не обязательно получать энергию только от Излучателя в Астрале, – опять тихо и твердо, почтительно поклонившись Советнику, сказал Голубой. – Я написал на эту тему докторскую диссертацию еще семьсот лет тому назад! Субстрат положительно реагирует и на другие источники энергии, в частности, на кровь…
Желтый Советник опять мрачно замолчал.
– Сколько у нас времени, пока Субстрат не разъест Врата? Что может остановить его?
– Это мне неизвестно, Советник. Нужно измерить концентрацию субстрата, чтобы определить степень его едкости, но если он прорвал бетонную пробку толщиной в две мили, то даже сверхмощные Врата протянут не долго, – тихо и сдержанно ответил Голубой. – Чем его можно остановить? Огонь приведет к его быстрому испарению и конденсации, однако испарение Субстрата – процесс непредсказуемый и нелинейный…
– Короче, умник! – чуть не зарычал Советник, топнув ногой, а от его крика все окружавшие анализатор ученые карлики вдруг стихли. Воцарилась гробовая тишина. Было слышно, как где–то далеко звонко падают капельки подземной влаги и Советнику показалось почему–то, что это не капельки, а песчинки песочных часов, отсчитывающих секунды оставшейся ему жизни.
«А как же хочется пожить еще!» – молнией промелькнула в его мозгу мысль. А сердце тут же ему подсказало, что нет – его часы уже сочтены…
…– я бы рекомендовал – и я об этом уже не раз писал Совету – немедленно затопить Город водой из Горячего Озера, перед этим срочно эвакуировав население. Горячая вода гейзера, фактически, кипяток, нейтрализует действие субстрата. Она замедляет химические реакции, а огонь здесь только выполнит функцию сильнейшего катализатора и…
Советник уже не слушал, что говорит Голубой Старший Хранитель. Почему–то ему вдруг показалось, что все, все, что сейчас происходит – все, что говорит вот этот вот умник из Голубого клана, все, что думает он сам, все, что думают и говорят все эти яйцеголовые инженеры и конструкторы – все это совершенно не важно, что все уже давным–давно предопределено и все, что бы они не делали – это все равно что беседы о смысле жизни на утопающем посреди океана судне.