Юношу накрыли какими–то простынями, соорудив нечто напоминающее то ли халат, то ли тунику, перевязав ткани веревками, посадили у центрального костра с Советниками и даже налили пива. Но к величайшему разочарованию – он не мог ничего сказать, только удивленно таращился на этих странных бородатых человечков.
– Что касается его личности, здесь нет никаких сомнений, – сказал Голубой Советник. – Это тот самый человек, которого взяли две недели назад тоннелепроходчики из Оранжевого Клана. Он назвался «Люком» и у него было странное оружие, стреляющее огненными лучами, плавящими даже гранит. Этого человека мы отдали поймавшим его охотникам в навечное владение, как это нам предписывают Особые Правила. С этим все просто… Но откуда он взялся здесь, голый и, как Вы говорите, Старший Хранитель, горячий как чайник? Ума не приложу! Среди эвакуированных я его не помню… И как он – на крыльях что ли вылетел из зоны взрыва и лег на этот ствол?
Карлики недоуменно зашумели. Все взглянули на Старшего Хранителя в каске, но тот ничего не сказал, что–то таинственно рисуя на земле палочкой и не принимая участия в обсуждении.
– Господин Советник! Может, спросить его жену, Апельсинку, может, она знает больше? Или ее братьев?
Но Апельсинка блаженно спала от вколотого ей успокаивающего, а братьев ее среди спасшихся не оказалось.
Пришлось на том и окончить дознание пленника, потому что даже анализатор не смог пробиться в сознание юноши и прочитать его мысли.
– Видимо, здесь такая же аномалия, как в Подземье, – решил Советник. – Анализаторы работают с перебоями. Ну, что ж – хлопнул он ручками по круглым пухлым коленцам – давайте тогда отложим выяснение этого обстоятельства до завтра. «Утро вечера мудренее», как говорится. Старший Хранитель Голубого Клана – Вам поручаю охрану этого пленника, и за его сохранность Вы отвечаете головой! Понятно? Я нутром чую, что он для нас очень и очень ценен. Не мог обыкновенный человек появится на поверхности после такой катастрофы вот таким вот образом, не мог!
Уже под утро все карлики улеглись и лишь только часовые во главе со Старшим Хранителем не спали.
Старший Хранитель пригласил часовых на партию в кости и незаметно вырвал крошечный пучок волос из своей белоснежной бороды, бросив его, также незаметно, в костер, и что–то очень тихо прошептал себе под нос. А уже через пару минут все охранники благополучно посапывали, прислонившись к стенам оврага. После этого Старший Хранитель быстро, но тихо – как это умеют делать только карлики – прошмыгнул в одну из палаток и, прислонив палец – сардельку к губам, тихо растолкал спящего юношу, а потом знаком позвал его следовать за ним.
Предрассветные сумерки уже рассеивались, на востоке отдаленные облака у линии горизонта окрасились в кремово розовый цвет, а карлик в голубой каске быстро–быстро карабкался по склону оврага, а за ним – юноша с золотистыми волосами в странном одеянии из скрепленных веревками простыней. Оба спутника были на редкость ловкими, привычными к лазанью, а потому подъем – хотя и довольно крутой – не составил для них проблемы.
Когда карлик помог юноше залезть на вершину оврага, он тут же, молча, бросился, не оглядываясь, бегом на север, ловко перепрыгивая поваленные стволы, рытвины и бесчисленные ручейки, так что юноше ничего не оставалось, как последовать за своим таким странным проводником.
И лишь когда лагерь беженцев остался далеко позади, а даже необыкновенно выносливый от природы карлик выдохся, он остановился, быстро оглянулся по сторонам, а потом юркнул в небольшую рытвину, знаком пухлой ручки показывая следовать за собой. Юноша и на этот раз, почти инстинктивно, механически, последовал за ним.
– Ну, вот вроде бы и все… – сказал карлик, проводя ручкой по красному потному лбу. – Кажется, оторвались немного… Ты как?
– Хорошо, – так же недоуменно, как ребенок, раскрыв свои большие синие миндалевидные глаза, сказал юноша.
– Ну и слава Создателю! – облегченно ответил карлик. – Мое имя – Хрофт. – Он протянул свою ручку юноше и тот ее пожал. – Ну, а ты можешь не представляться – ты Люк из «Королевской Охоты», муж Апельсинки, дочери Оранжевого Советника. Так?
– Не помню, – честно ответил Люк и заморгал длинными пушистыми ресницами.
– Еще бы не помнить… – понимающе кивнул карлик Хрофт. – После такого…
– После чего? – опять недоуменно хлопнул ресницами Люк.
– Неважно, – махнул ручкой Хрофт. – Сейчас тебе надо знать одно – ты в опасности. Во–первых, упаси Создатель, тебя настигнуть тварям Безликого. А во–вторых, как только мои сограждане узнают, кто ты такой – жить тебе останется совсем недолго. А потому надо тикать – и чем дальше – тем лучше. Куда? Сам не знаю. К феям – не на чем. К людям – далеко. В Море – тоже далеко. Но тикать надо. Ты меня понимаешь? А? – Карлик провел ладошкой перед носом Люка.
– Понимаю, – неуверенно сказал Люк, выдавая тем самым, что ничегошеньки не понимает. – А почему ты помогаешь мне, достопочтенный карлик? – вдруг спросил Люк – без всякой подозрительности, просто из одного любопытства, непосредственно, как ребенок.
Карлик понимающе улыбнулся и одобрительно кивнул – у его подопечного явно пробуждается подавленный шоковым состоянием интеллект.
– Ну, во–первых, помогая тебе, я помогаю всей Целестии – не дай Создатель тебе попасть в таком беспомощном виде Безликому! Страшно и подумать, что ТОГДА произойдет!
– А во–вторых?..
– …а, во–вторых, в отличие от моих узколобых собратьев, которых я, впрочем, люблю, как родных, я прекрасно понимаю, что если бы не ты – от всех нас ВООБЩЕ ничего не осталось бы! Если угодно, ты – наш спаситель, хотя и сам этого не помнишь, а потому и не понимаешь… Но мои братцы этого не поймут и легко могут обвинить тебя во всех своих несчастьях и убить, а ты в таком состоянии даже не сможешь от них убежать – не то что дать им отпор. Ты сейчас слабее маленького олененка и сколько продлится такое состояние – я лично не знаю – но явно не один и не два дня. А потому, смиренно прошу принять мою помощь – бывший Старший Хранитель Пути от Голубого Клана Хрофт! – и он низко, до земли, поклонился удивленно смотрящему на него юноше. – Тем более, что после нарушения приказа Советника путь домой мне теперь заказан, – добавил он уже шепотом, про себя – впрочем, юноша, даже если бы и услышал эти слова, наверное, не понял бы их смысла.
– Ну, а теперь, дорогой мой человек или как там тебя звать, уж и не знаю – больно ты на фею похож! – за мной, в путь! Транспорта, достойной такой особы, как ты, уж не серчай, предоставить тебе не могу – придется на своих двоих топать. Мне, в общем–то, не привыкать, мы, карлики, народ ко всему привычный…
– А мне тоже! – вдруг резко вставил Люк. – Я тысячи миль по тундре проходил на лыжах!
Карлик удивленно взглянул на юношу и цокнул языком.
«А память–то быстро у него восстанавливается… Это хорошо! А то ведь одному–то его защищать мне не с руки будет…»
– Ну и тем более, – улыбнулся в седую бороду карлик. – А потому вылезаем и… – ту–ту! – неопределенно махнул рукой карлик.
– А куда мы пойдем? Направление знать надо.
– А куда бы ты хотел? – испытующе взглянул на него карлик.
– Я? Я? – юноша вылез из оврага и огляделся – вокруг, куда глаза глядят – бескрайние пустоши изгаженной, изуродованной, мертвой земли. – Мне нужен дядя Азаил. Он знает все ответы на все вопросы. Я хочу поговорить с ним, – уже уверенным и твердым голосом сказал юноша.
– А–за–ил… Что–то знакомое…. – протянул карлик, тоже вылезая из оврага. – А как он выглядит? Какой он расы? Из какого сообщества?
Юноша задумался, наморщил лоб и некоторое время молчал.