– Не помню. Знаю, он – мой дядя и самый мудрый… мудрое… В общем, он знает все, но где он и кто он – не знаю… Не помню…
– А как же мы его тогда найдем? – опять осторожно спросил Хрофт.
– Ну, это как раз не сложно! Я знаю, он меня сам давно ищет, и… В общем, я его чувствую.
– Во–о–о–о–о–от ка–а–а–а–а–ак… – понимающе покачал головой карлик, не отрывая внимательный, необыкновенно умный и проницательный взгляд своих карих глаз, со своего таинственного собеседника. – Ну что ж – тогда вести придется тебе, Люк! И заклинаю тебя именем Создателя – веди поскорее!
Люк улыбнулся и похлопал карлика по голове.
– Со мной не пропадешь, Хрофт! – и тут же, словно лесной олень, легко и быстро побежал на северо–восток, ловко перепрыгивая через рытвины, рухнувшие стволы деревьев, бесчисленные ручейки и речки. А карлик Хрофт едва поспевал за ним – и в этом пути ему потребовалась вся его немалая карличья выносливость! А между тем солнце поднялось высоко, где–то запел неизвестно как выживший в этой кутерьме жаворонок, и на сердце карлика полегчало.
Когда до временного лагеря беженцев из Унтервальда доковыляли, наконец, порядком измочаленные Эрли и Керли с раненым Красным Советником на плечах, близился полдень. Их встретили с восторгом и тут же потащили под руки в палатку Советников. Там пострадавшему перевязали ноги, напоили всех троих пивом.
Уже через несколько минут маленький карлик – посыльный бросился бегом к палатке с пленником, ловко перепрыгивая через лежащих еще в спальных мешках насельников лагеря, а еще через несколько минут весь лагерь стоял на ушах. Все искали золотоволосого юношу, а потом и Старшего Хранителя Хрофта, а когда нашли мирно спящих часовых…
– Подумать только! Солнечный оборотень был у нас в руках, а мы – нет вы!!! – его упустили!!!!!!!!!!!! – рычал Голубой Советник, топча свой колпачок кожаными сапожками. – Обессиленного, слабого!!!!!! Всех сторожей разжаловать, снарядить погоню!
– На Вашем месте, – спокойно ответил Красный Советник, лежа на носилках, – я бы сейчас думал не о погоне, а о том, как бы нам убраться отсюда подальше. Нужно немедленно выйти на связь с другими городами, обо всем их предупредить. У нас полторы тысячи женщин и детей на руках!
Голубой Советник замолк на полуслове. А готовых уже к погоне зубастых жужелиц стали запрягать в наскоро сколоченные телеги для перевозки женщин и детей. Лагерь зашевелился как растревоженный муравейник, и вот уже длинная змея беженцев из недавно еще купавшегося в золоте и драгоценностях славного города Унтервальда отправилась искать себе приюта на новом месте.
Глава 22. Два Совета.
1.
Только к полудню, когда церемония посвящения в рыцари была полностью завершена, в избушке на «курьей ножке» смогли собрать, наконец, импровизированный Совет.
К удивлению всех присутствующих, да и самой Хозяйки Потаенной Чащи, лужайка со вторым Черным Камнем и сама избушка ничуть не пострадали от нашествия. Хотя, в сущности, это было вполне объяснимо. Основной удар пришелся с юго–запада, запада и юга, а с северной и восточной стороны, где как раз и располагалась избушка и Второй Камень, удар был слабее и орды тварей из Чернолесья сюда попросту не дошли. А потому у всех участников и участниц Совета – а особенно у Владычицы Коры – посветлели лица и показались улыбки, когда они увидели лужайку, наполненную свежей зеленой изумрудной травой вперемешку с ароматными фиолетовыми маками, а также возвышающийся над лужайкой такой с виду нелепый деревянный домишко без окон.
– Ба! – воскликнул Гастон. – Да это же настоящая «избушка на курьей ножке»! Вправду, значит, бабы брешут, что есть она… Небось, вы и на метлах, и на ступах летаете, а? – он с неподдельным интересом взглянул на Кору, которая ехала на вороном жеребце рядом с ним.
Кора с удовольствием выдержала глубокий выразительный и такой сейчас по–детски мечтательный взгляд Гастона и не осталась в долгу.
– А на чем же еще нам передвигаться, сам подумай?! Крыльев–то у нас, в отличие от некоторых, нету. Вот только заборов из человеческих костей с навершиями из человеческих черепов, которые светятся по ночам, как видишь, не заимели.
– Это я и сам вижу, – хмыкнул Гастон. – Ну, значит, и ваши непристойные игрища на Лысой Горе такая же бабья брехня! – усмехнулся Гастон и хотел было уже отвернуться, как ручка Коры прикоснулась к его локтю.
– Ну почему сразу непристойные… – низкий грудной голос Коры сразу стал приторным, в глазах, под которыми четко обозначились тени усталости и пережитых скорбей, блеснул игривый хищный огонек. – Вот будешь у нас в гостях на летний Солнцеворот… Сам посмотришь – пристойные они или не пристойные…
Гастон не успел ничего ответить, как конная кавалькада добралась до самой что ни на есть избушки, а скакавшие впереди Асмунд и Малыш уже соскочили с коней и приготовились помочь дамам, которых оказалось, между прочим, намного больше, чем мужчин.
В общем–то мужчин было всего трое – Гастон, Асмунд и Малыш; все остальные – дамы. Тут была и Владычица Кора, и Ее Величество Королева Эсмеральда, и самые ближайшие ее фрейлины, включая бывшую кремово белую фею, и русалка Марина как представительница Кораллового Чертога, и ближайшие фрейлины Коры.
Вот только Милены нигде не было видно. Асмунд хотел было заикнуться об этом – ведь он ясно видел при посвящении, что Милена стояла рядом с Корой, а потом куда–то исчезла, – но красноречивый взгляд Коры донес до него молчаливый приказ: «Молчи, мальчик!»
Феи тоже ехали на конях, одолженных у людей, хотя могли бы и лететь по воздуху, но поскольку все ехали на конях, то и они решили не отличаться ничем от других. Кони радостно приветствовали своих наездниц веселым ржанием – известно ведь, что все животные обожают фей, чуя в них великую любовь ко всей живой твари! –, а феи не остались в долгу – тут же со слезами на глазах принялись целовать лошадок и ласково тискать их за густые гривы. Легко поэтому понять, что феям не требовалось для поездки ни седел, ни шпор, ни узды, ни стремян. Легкие как перышки, они одной силой мысли направляли движение коней, а кони настолько легко и радостно подчинялись своим наездницам, что никаких других средств управления и не требовалось! Сама Ее Величество ехала на белоснежной кобыле, которую ей уступил Асмунд.
Кора, приняв руку Гастона, изящно соскочила с седла, – то же самое сделал для Ее Величества, не в силах сдержать слез благоговения и восторга, Асмунд. Затем Владычица подошла к столпу и ударила в него своим магическим жезлом. Искусно вырезанная на жезле голова пантера рыкнула и столп опустился. Гости вошли внутрь.
Все, кроме Марины, ахнули от удивления, увидев, что неказистая с виду избушка изнутри оказалась достаточно просторным деревянным дворцом с длинными залами, высокой крышей, державшейся на толстых деревянных колоннах, покрытых причудливой резьбой из барельефов диких животных, ягод, цветов и трав. Длинные столы, вьющиеся растения с ароматными цветами, отсутствие окон, движущиеся светильники, запах свежей хвои – все это создавало ощущение уюта, комфорта и покоя.
– Прошу всех к столу! – тоном ласковой хозяйки произнесла Кора, усаживаясь на мягкое кресло во главе длинного деревянного стола. – Ваше Величество, Ваше место на противоположном краю стола!
Асмунд проводил Ее Величество к другому концу стола, как раз напротив хозяйки. Гастон, чуть поколебавшись, сел рядом с Корой – Рыцарю полагалось сидеть рядом со своей Дамой, даже в присутствии Королевы. Асмунд же сел рядом с Королевой, приняв на себя роль ее пажа. Малыш Рольф сел с Мариной, которая разместилась по левую руку от Коры. Кремово Белая Фея – по левую руку от Королевы. Остальные феи и охотницы заняли оставшиеся места.
Кора щелкнула пальчиками и из открывшегося огромного, черного дерева, сундука прилетела белая, вышитая черными пантерами и лиловыми цветами, скатерть, которая опустилась на длинный стол и уже через мгновение наполнила его различными яствами и напитками. Из уважения к гостьям, кроме множества мясных и рыбных блюд и пива, – на которые тут же набросился Малыш, а вслед за ним и Марина – изрядно оголодавшие! – здесь были и салаты, и фрукты, и разбавленное вино для фей.
Впрочем, феи как всегда ели мало, а вино только пригубили – мало ли что еще тут примешают эти лесные ведьмы! Зато Гастон ел за четверых, что необычайно забавляло Кору – она просто не могла оторвать глаз от того, как он умудрялся за один раз есть сразу три блюда – поросенка, жареного гуся и баранью ногу – и при этом активно участвовать в работе Совета. Сама Кора лишь съела немного осетровой икры и выпила пива – она обдумывала с чего начать Совет.