– Ну тогда и к Морской Королеве с визитом пойти не грех! – вдруг снова внезапно повеселев, рассмеялась Марина. – Только она может меня отпустить с тобой, Люк, у нас тоже свои законы… Но зато и эти чудики нам ничего сделать не смогут, ведь если я твоя жена по факту, то на меня они права точно не имеют – я принадлежу только тебе!
6.
Марина хлопнула в ладоши и немного погодя к их розовому пузырьку подплыла давешняя огромная черепаха и опять просунула свою циклопическую морду в пузырек. Русалка снова наколдовала вокруг Люка защитную сферу, а потом они вместе, рука об руку, прямо по плоской чешуйчатой голове черепахи забрались на ее панцирь. Черепаха, подобно старому, повидавшему виды парому, медленно и важно отчалила и понесла новоиспеченных новобрачных куда–то в сумрачные глубины моря.
Марина сидела впереди, Люк сзади. Марина держалась за морщинистую, как у старухи, шею черепахи («ей уже почти сто тысяч лет» – шепнула юная русалка на ушко жениху), а Люк – за тонкую таллию своей невесты.
Пока они плыли, у Люка из головы никак не выходила мысль, а почему это русалки могут под водой обходиться без воздушных камер? Но, внимательно присмотревшись, он заметил, что у самой ключицы морской девы открылись закрытые ранее щели, напоминавшие рыбьи жабры, через которые она и дышала, а носовые отверстия, наоборот, закрылись какой–то пленкой, так что вода не попадала в их легкие.
«Удивительно! – подумал Люк. – Ну и чудо природы – эти русалки. И не рыбы, и не звери, и не люди, и не феи, а что–то совсем–совсем особенное».
А о чем думала морская дева… – об этом нетрудно было догадаться. Как и всякая девушка перед свадьбой, она была только тем и занята, что мысленно выбирала себе наряды и делала прически, и от этих радужных фантазий она совершенно не замечала ничего вокруг.
Люк же, наоборот, во все глаза смотрел на окружавший его подводный мир, стараясь не упустить ни одной самой маломальской детали.
А смотреть было на что!
Мимо Люка проплывали целые города из разноцветных пузырьков, в них то и дело заплывали или, наоборот, из них выплывали хозяйки подводного мира.
Оглядываясь вокруг, Люк заметил огромное разнообразие в способах передвижения, которыми пользовались обитатели подводного царства. Одни плыли своим ходом, как рыбы, изящно вращая обнаженными телами (Люк уже мало-помалу привыкал, и почти не отворачивался), другие – на разного рода морских существах – кто на исполинких морских коньках, кто на морских черепахах, кто на акулах – удивительно, впрочем, смирных, как человеческие объезженные скакуны. Многие из них останавливались и приветственно махали руками Марине и ее жениху и просили приглашения на свадьбу – так как Марина тут же, после первых слов приветствия, всем сообщала о ней, чем приводила в смущение Люка – при таком количестве свидетелей отказаться от опрометчиво взятого на себя обязательства было уже нельзя.
Однако кроме русалок, выглядевших, для Люка, чуть ли не на одно лицо – зелено– и длинноволосые, зеленоглазые, с молочно белой кожей, перепончатыми пальцами на изящных ручках – он заметил и других обитателей.
Так, некоторые русалки прямо на спинах катали своих дочурок – уменьшенных копий самих себя. Правда, Люку бросилось в глаза, что их было как–то не особенно много…
– Да нет, ты не подумай! – махнула ручкой в ответ на его вопрос Марина. – Икры мы мечем много, по три–четыре десятка икринок за раз! Только вот созревает она долго, столетиями… Тут целый подвиг надо совершить… Узнаешь потом, на собственном опыте, – хихикнула она и хлопнула Люка по ноге правой ручкой, – и тут же вновь стала серьезной. – Да и далеко не всегда вызревает – много икры так и пропадает – почему – не спрашивай, не знаю… А из большинства икринок вообще вылупляются гибриды…
Люк вопросительно посмотрел на Марину.
– Ну, мы так называем полуразумных – это тритоны – они ведь ничего не умеют, кроме как на дудках играть, к размножению не способны, правда, умеют колдовать, сила в них есть, но сами – ни бум–бум, – выразительно стукнула себя раковиной по лбу Марина, – ими надо руководить, направлять… Либо какие–нибудь сирены, гарпии, морские змеи… Они нам служат, привязываются, как домашние животные к людям, но… – развела она ручками – сам, понимаешь… А еще могут вылупится…
– Нет, не надо, я… как–нибудь в другой раз послушаю…
– Ух ты! Уж не раздумал ли ты случайно жениться–то?! – испуганно спросила Марина и, повернувшись к нему бочком, посмотрела прямо в глаза. – Да ты не бойся, Люк, малыш, – вдруг резко перешла она опять на легкий и беззаботный смех, похлопывая его ладошкой по щекам, – один все равно рождается либо русалкой, либо водяным, честно–честно…
Люк судорожно сглотнул.
– Ну–у–у, русалок–то я видел… А водяные где?
– А вот они – плывут уже, родименькие! – Марина указала перепончатым пальчиком куда–то в сторону и по ее мысленному приказу морская черепаха резко повернула вправо.
Люк с любопытством посмотрел в указанную сторону и увидел стайку таких же длинноволосых, красивых существ с молочно белой кожей, с такими же перепончатыми пальцами на руках. Марина поманила их и те послушно поплыли к их черепахе.
– Мой жених, без пяти минут муж, Люк, хочет с вами познакомится! – как всегда выложила все сразу Марина.
Водяные молча поклонились.
– А почему они молчат, Марина? – спросил встревожено Люк.
– Да они телепатией не владеют – будут говорить – вода в рот нальется – кто откачивать будет? – усмехнулась Марина, а Люк только сейчас понял, что все это время слышал голос своей странной спутницы непосредственно внутри своего сознания. – Да и зачем она им? Они все равно магией не владеют… Но мы их все равно любим! Они – хорошие… На арфах играть умеют, на рыбах кататься, песни петь… Правда мало их у нас! Все больше русалки да русалки вылупляются… Вот и приходится корабли топить с моряками – иначе вымрем, как ихтиозавры…
– Чего–чего?
– Ихтиозавры – чудища такие морские. Ее Величество королева Лора на них с гарпуном любила охотиться, да потом перебили всех под корень… Жаль, скучно без них стало! Ой–ой–ой, – вдруг рассмеялась опять Марина, указывая куда–то пальчиком, – смотри! Похоже наши стражницы уже очухались. Злобные такие! Смотри, да у них все физиономии в синяках, хи–хи–хи!
Люк посмотрел туда, куда указывала Марина и действительно увидел плывущих к ним стражниц в багрово красных туниках.
Они подплыли к черепахе и мрачно телепатировали:
– Морская Королева Лора ждет тебя, Люк, он же – Люцифер в своих Коралловых Чертогах! А ты – нарушительница порядка… – и свирепо посмотрели на Марину, но та, взяв за руку Люка, совершенно по–детски скорчила им рожицу.
– Только попробуйте что–нибудь сделать мне! У меня муж есть. Вот! – и пригрозила им кулачком.
Стражницы только хмыкнули и подули в маленькие коралловые свисточки, что висели у них на груди. Откуда ни возьмись показались те самые акулы, на которых они грозно восседали раньше. Стражницы знаком указали Люку и Марине пересесть на этот более быстроходный вид транспорта, чем их черепаха, а потом прикоснулись своими коралловыми магическими жезлами к головам акул и те во всю прыть припустили в заданном направлении.
Акулы плыли так быстро, что Люк уже не смог так тщательно рассматривать удивительный подводный мир. Перед глазами мелькали только бесчисленные джунгли водорослей и кораллов, вереница жилых пузырьков, каких–то рыб, моллюсков и животных…
Наконец, акулы остановились возле огромной пещеры, диаметром не меньше чем в пятьдесят человеческих ростов, сделанной в скале, которая вся целиком – и изнутри, и извне заросла большими розовыми кораллами.
У устья пещеры стояла почетная стража из пурпурных в три человеческих роста весьма грозного вида спрутов и такого же роста крабов с острыми как бритва клешнями, а между ними – сама Морская Королева Лора – собственной персоной. И выражение лица ее не предвещало Люку ничего хорошего…
7.
– Ты хоть знаешь, мальчишка, во что ты сам впутался и во что ты впутал меня, а? – не находя себе места, ходила из угла в угол, словно рассерженная пантера, Морская Королева. Наконец, остановившись, грозно посмотрела на обоих – понурившего свой взор Люка и морскую деву Марину, как дети державших друг друга за руки. Видимо, они и смотрелись со стороны, как нашалившие дети, потому что Лора на мгновение не сдержалась и улыбнулась.