И тут фея словно очнулась от оцепенения. «Сама погибай, а доверенный Создателем тебе мир – выручай!» – промелькнула в ее голове выученная в далеком детстве поговорка и она, не задумываясь – ударила.
Потоки жидкого пламени обрушились сразу на обоих – из левой руки – в левого, из правой – в правого. Твари дико заорали и отпрянули. От них повалили клубы черного вонючего дыма, заслонившие собою все – и деревья, и небо, ни солнце… От тошнотворного запаха у феи закружилась голова, да так, что она не удержалась в воздухе и камнем рухнула прямо в Ров, ударилась головой о корень на дне – и провалилась во тьму…
Когда же она открыла глаза, то увидела склонившийся над ней черный силуэт. Человеческая по форме голова, накрытая черной накидкой или длинным капюшоном, но под которой не было видно лица, точнее его вовсе не было – только черное, непроницаемое пятно, только два красных, как раскаленные угольки, горящих глаза.
– Кто ты!? – закричала от ужаса фея и попыталась вскочить с земли, но черный незнакомец схватил ее за хрупкие плечи и прижал к земле.
– Тише, тише, моя дорогая, тише!
– Какая я тебе «дорогая», черная клякса! – лицо феи исказила гримаса отвращения, словно она прикоснулась к слизняку. Она судорожно пыталась вспомнить хоть одно заклинание, но не могла – какая–то черная мгла окутала ее сознание и в этом мгле, как в темной комнате, не виден написанный в книгах текст, в ней тонули все ее магические знания.
– Не беспокойся, дорогая, это только поначалу. Ты все вспомнишь, все, все… Мне нужно, чтобы ты все вспомнила, мне это крайне, крайне важно… А сейчас спи, спи, мне нужно, чтобы ты спала, так крепко, как только возможно…
Голос черного незнакомца чем–то напоминал шипение змеи, был тонким, сиплым, но при этом удивительно мягким и успокаивающим. Красные угольки глаз его смотрели, не мигая, в ее глаза, гипнотизируя и завораживая. Фея почувствовала, что ее сознание затягивает какая–то черная мгла, и в этой кромешной мгле она услышала какой–то зов – зов тысяч и тысяч голосов – блеющих, хрюкающих, мычащих, лающих, воющих – и все на один манер звали ее: «Э–э–э–э–элис! Э–э–э–э–э–элис! Ты нужна на–а–а–а–ам! Ты очень нужн–а–а–а–а нам! Иди к н–а–а–а–а–м! Будь наа–а–а–а–а–шей!» И тысячи и тысячи лап из темноты тянулись к ней, а ее тело, расслабленное и бессильное, спускалось все ниже и ниже – в самую Бездну, из которой нет возврата…
Глава 13. Король и Королева
1.
– Дорогой, ну не шевелись ты! Потрепи еще немножко! Ты прям как ребенок, непоседа!
– Ой, дорогая, я не могу уже! Сколько можно! У меня все ноги затекли, да и не хочу я ходить в этих одеждах, как клоун разноцветный! Все, надоело!
Принц нетерпеливо брыкнул ногой, словно непокорный жеребенок, и отошел от сплошного, длиной во всю стену роскошного зеркала и присел на мягкий стул посреди колоссальной по размерам королевской опочивальни.
В этой опочивальне, при желании, можно было уместить весь королевский двор. Да и на кровать с роскошным розовым балдахином можно было положить в ряд человек десять. Довольно странные размеры для спальни!
Правда, отчасти это объяснялось тем, что посередине опочивальни много места занимал довольно большой овальный бассейн, наполненный ароматной розовой водой с душистыми пузырьками, приятно массировавшими все тело. При желании, здесь можно было не только искупаться, но и посмотреть иллюзии. Прежние короли Авалона настолько любили это развлечение, что предавались ему, так сказать, не отходя от собственной кровати. Бассейн бурлил круглые сутки, по ночам освещая комнату приятным розовым свечением, источая чудное благоухание, а еле слышное бульканье действовало успокаивающе и хорошо усыпляло. Принц уже успел в нем пару раз искупаться и по достоинству оценить вкусы своих предшественников на престоле.
Вся комната была устлана мягкими ворсистыми розовыми коврами, стены – мягкими розовыми обоями, которые украшали вечно живые ароматные цветы в хрустальных разноцветных вазах. Под потолком летали и щебетали иллюзии птиц, белоснежные колонны были увиты плющом… И вообще, спальная комната больше походила на какую–то оранжерею, настолько она была покрыта самой разнообразной растительностью.
– Котенок, Щенок – ну хоть вы ему объясните! Что теперь – вести его на коронацию в зеленом рванье?! – воскликнула Фея и в голосе ее послышались слезы. – А между тем, пока я с тобой вожусь, я сама еще не одета! Ты пойми, ты теперь – Король – и тебе надо выглядеть – по–королевски!
– Мр–р–р–р–мяу! Пр–р–р–р–авильно говорит хозяйка, п–р–р–р–р–равильно. Давайте–ка мы встанем и не будем больше капризничать, мя–у–у–у!
– А–ав! Хозяин! Р–р–р–р–раз и готово будет! – подтявкнул Щенок, как и Котенок облаченный в роскошную шелковую белую ливрею с вышитым знаком королевского дома, в белую шапочку с пером и в белые перчатки.
Они взяли Принца за руки и потянули его обратно к зеркалу. На Принце уже были надеты роскошные короткие, до колен, брюки, подвязанные белоснежными бантами на коленях, чулки и мягкая обувь с длинными носками, по авалонской традиции. И длинноносая обувь, и чулки, и брюки переливались всеми цветами радуги при малейшей движении их хозяина – от фиолетового до оранжевого, от синего до зеленого.
– Я больше похож на новогоднюю елку или на клоуна, чем на короля… – сконфузился Принц, глядя на себя в зеркало.
– Ну с чего ты это взял, дурачок! Зато смотри как красиво! Какие сочные цвета, какая музыка переливов и оттенков… Бьюсь об заклад, таких нарядов не было еще ни у одного короля Авалона! – в голосе Феи звучала нескрываемая гордость.
– Прелестно! Прелестно! Замечательно! Феерично! Торжественно! – замяукал подхалим Котенок, осматривая Принца со всех сторон и с удовольствием поглаживая шелковистую ткань брюк. – А все потому, мрмяу, что ни у одного короля Авалона не было такой замечательной жены, которая все наряды шьет своими такими трудолюбивыми, такими умелыми ручками! – и Котенок, поймав ручки Феи, осыпал их поцелуями.
– А–ав! А шпагу–то, шпагу–то забыли прицепить, а–ав! – нашелся Щенок, немного расстроенный тем, что вечный подлиза Котенок опять оттеснил его на второй план. – Какой, Ваш Величство, король без шпаги–то, а–ав! – он щелкнул замком вокруг таллии Принца и переливающийся всеми цветами радуги ремень с пристегнутой шпагой в золотых ножнах, эфес которой усыпан бриллиантами, оказался на поясе Принца.
– А теперь – чуть–чуть терпения… – торжествующе пропела Фея и подмигнула Котенку. Тот стремительно забежал за стоявшую тут же, справа, ширму и вернулся с роскошной рубашкой и курткой из той же шелковистой переливающейся материи, сотканной из тончайших солнечных лучей трудолюбивой, как пчелка, рукодельницей Феей. Для того, чтобы дотащить длинную мантию Котенку понадобилась помощь Щенка.
И пришлось Принцу покорно поднимать руки, ждать, пока Котенок и Щенок вместе с Феей завяжут все шнурки на рубашке, куртке, прицепят алмазные запонки, на которых крепится мантия. А потом еще – пока завьют ему волосы, посыплют их ароматной блесткой, причешут их…
Наконец, когда все было готово и Принц смог опустить руки – он не узнал себя в зеркале. Перед ним стоял совершенно другой человек.
– П–р–р–р–р–релестно, пр–р–р–р–р–р–релестно! Мы в восхищении, мя–у–у–у!
– Аа–в! Мне аж стыдно стоять с такой красотой, а–ав!
А Фея просто не могла вымолвить ни слова – она покраснела от гордости за своего мужа и только прошептала:
– Ваше Величество, Вы… прекрасны… – и чмокнула его в щеку.
Принц же вздохнул и уныло посмотрел на свое отражение – переливающееся всеми цветами радуги, как новогодняя елка. Даже волосы его испускали легкое свечение, словно в них была спрятана гирлянда. Глаза и губы подкрашены краской, щеки припудрены, все тело благоухает розами.
– А если я стану королем, как же ты, моя дорогая, будешь меня называть? – вдруг ни с того ни с сего ляпнул Принц.
– Я?.. Ах! – голос Принца вырвал Фею из сладкого плена грез – глядя на облачение своего супруга, она в своих мечтах была уже где–то там, на балах, на приемах, в тронной зале, в кафедральном соборе. Она всегда, все детство и юность, мечтала выйти замуж за принца и стать королевой, так что теперь, когда волею судьбы, ее мечта сбылась, она совершенно потеряла голову. – Что ты сказал, дорогой? Ах, да… Ну конечно же «Ваше Величество», дорогой! А как же иначе? Или – «Мой Король», «Наш Венценосный Супруг»…