7.
– Ваша Премудрость, по–моему, нашему Совету по благоустройству Содружества уже нечем заняться, Вы не находите? Мы осуществили уже все, что только было нам под силу. Разве что пилюль, дающих вечную жизнь, не придумали, но это – не в нашей власти…
– Да, работа Совета за прошедшее десятилетие нас потрясает, милочка, Вам действительно удалось сделать все, что Мы задумывали и разрабатывали на протяжении многих и многих тысячелетий. Думаю, теперь наши подопечные легко продлят Договор об Опеке, даже при вынесении вопроса на Всеобщее Голосование!
– Да, Ваша Премудрость. Но остается еще одно «но»…
– Какое же?
– Мой муж, Король… Он серьезно болен. Его кошмары не прекращаются… Я, по совету Их Верности, окружила его такой охраной, что даже пылинка не может упасть на него без моего ведома, но эти кошмары…
– Мы думаем над этим, дорогая, Мы думаем. Скоро все проясниться, не переживайте… Будьте счастливы!
– Да, Ваша Премудрость, да будут трижды благословенны Ваши слова отныне и до века.
Сеанс «умной» связи прекратился, и Ее Величество встала со своего кресла, сняв с головы анализатор. Она с тревогой взглянула на широкую кровать. Король, по–своему обыкновению, лежал с открытыми, невидящими глазами, смотрел в потолок, судорожно подергивая всеми членами тела, из его рта доносились глухие нечленораздельные звуки. По уголкам его губ стекала темная пена, заботливо вытираемая Щенком, лоб покрыла холодная испарина, по щекам скатывались слезы.
«Как, ну как я могу быть счастлива, если мой муж – несчастен!? Мы сделали миллионы людей блаженными – хотя и пришлось потрудиться дни и ночи всему Сообществу – но при этом я сама, их Королева, глубоко несчастна. Какая горькая ирония судьбы!» И по щекам Ее Величества скатились две крупные, величиной с горошину, слезы, а потом она опустилась на колени перед кроватью мужа и, уронив хорошенькую головку на его грудь, беззвучно зарыдала.
ЧАСТЬ II. АПОКАЛИПСИС.
Глава 14. И снова – «Королевская Охота».
1.
В «Королевской Охоте» в этот день было особенно много посетителей, так что новенькой Смотрительнице приходилось туговато. Хотя большую часть работы – разнос напитков и угощения, уборку посуды, уход за столиками – все это делал целый взвод специально запрограммированных големов из розового металлозаменителя, однако помимо этого приходилось делать много чего еще – того, что не под силу пустоголовым «железякам», как их прозвали в народе. А улыбнуться клиентам, а сказать пару ласковых слов, а угадать музыкальную программу… – эти, и многие другие операции, големы как раз делать и не способны – им бы только миски подавать! Вдобавок ко всему сегодня было особенно много посетителей – наступал юбилей коронации Их Величеств – блаженнейших и благочестивейших монархов Роланда и Эсмеральды – да будет их имя трижды благословенно от ныне и до века!
Конечно, если бы «Королевская охота» оставалась прежней маленькой забегаловкой на пару сотен человек, а сам хутор не состоял бы, как раньше, из полутысячи убогих хижин – справиться было бы не сложно и без всяких големов. Однако за прошедшее десятилетие «Королевская Охота» изменилась до неузнаваемости. Раньше вся молодежь стремилась из него уехать куда глаза глядят – жить в такой «дыре» никому не хотелось, а потому население хутора было весьма немногочисленным. Оставались только ярые любители охоты в здешних богатых на дичь лесах да стойкие патриоты своей маленькой родины. Но после того, как Роланд и Эсмеральда стали «Их Величествами» – все поменялось. Оказалось, что молодой король некогда целых полгода прожил в местной гостинице, а молодая королева лично спасла хутор от нашествия из–за Предела. «Королевская охота» из захудалого поселка сразу же превратилась в туристический центр. В трактире была поставлена мемориальная доска на том месте, где обычно сидел «Принц», а рядом с ним – памятник «Прекрасной Фее», отбивающий нашествие чудовищ из леса.
Но это только начало. Поскольку с каждым годом туристов становилось все больше и перевалило за десятки тысяч, хутор быстро разросся. Стали строится новые дома, и причем дома нового типа – стеклянные, прямоугольные, с многоугольными, как в улье, окнами, многоэтажные, с просторными комнатами, бассейнами, визаторами, спортивными площадками в просторных дворах. Были проведены широкие асфальтовые дороги для самодвижущихся повозок, посадочные площадки для летательных аппаратов. А рядом со старой таверной, ставшей музеем Короля, было воздвигнуто совершенно новое строение из стекла и металлозаменителя с причудливым названием «Релаксариум» или, как их коротко называли по всей стране, просто «релаксом». Со старой таверной ему, конечно, было не сравниться. Это было колоссальное здание, высотой в пятьдесят человеческих ростов, а в диаметре в десять раз больше, с более чем двадцатью этажами вышиной. Причем сама крыша здания была стеклянной. Танцевальные площадки здесь перемежались с барными стойками, бассейнами грез и залами с визаторами на все четыре стены, тренажерными и спортивными площадками… В общем, в «релаксе» было все, что душе угодно – здесь можно было погрузиться в иллюзию, выпить в веселой компании розовой воды, потанцевать или позаниматься спортом – все в одном месте. А потому в «Королевской Охоте», как и в любом городе Содружества, «релакс» очень скоро стал самым посещаемым местом, центром городской жизни.
Вот и сегодня «релакс» был забит до отказа. Помимо своих родных завсегдатаев сюда понаехало посетителей со всей страны – не все же могли позволить себе такую роскошь как поехать на коронационные празднества в сам Авалон! Да и зачем? Ведь и здесь, в этом памятном месте, можно погрузиться в бассейны грез и побывать на коронационных торжествах в ничем не отличимых от реальности иллюзиях и лично пообщаться с королем и королевой, а потом, проснувшись, получить от королевских особ подарки, которые загодя были завезены сюда карликами. Ну а потом – пуститься в омут удовольствий по той программе, которую подготовили феи – специалисты 7–го отдела «ЖАЛА», или говоря попросту – «Фабрики грез». Смотрительница получила эту программу еще неделю назад и всю неделю программировала устройство «релакса» так, чтобы никаких сбоев не было. Чтобы и падающие с потолка ароматные лепестки, и музыкальные фейерверки, и клубы опьяняющего розового дыма на танцполе, и вырывающиеся неизвестно откуда иллюзии исполинских стрекоз и пчел, хватающие празднующих и улетающие с ними под облака, и многое–многое другое, работало как часы.
Но даже теперь – когда программа работала безотказно и в строю были полторы сотни «железяк» – она не могла по–настоящему расслабиться – необходимо было следить, чтобы не было сбоев, но, самое главное, чтобы никто из празднующих не пострадал – не утонул в бассейне грез или не полез кататься на аэронах, перепив розовой воды. А для этого необходимо было посматривать в операторской, нашпигованной экранами визаторов, как себя ведут люди в различных залах «релакса».
Но пока никаких отклонений не было. Люди просто развлекались, благо, праздничная ночь только началась. Молодые подтянутые мужчины и такие же молодые и стройные как на подбор женщины, выпив розовой воды, двигались в полутьме танцполов под ритмичную музыку, бассейны грез были заполнены обнаженными телами, ну а уж столики в барах были заполнены так, что яблоку негде было упасть…
Смотрительница зевнула во весь рот и потерла опухшие от бессонницы глаза – она уже неделю нормально не спала, готовясь к празднику. В это время раздался осторожный стук в дверь, а затем в комнату вошел один из големов – распорядителей:
– Госпожа, может, стакан розовой воды? Ночь еще только началась…
– Нет, спасибо, С–300, я справлюсь. От розовой воды я могу потерять над собой контроль, а мне этого как раз и нельзя делать – с меня потом спросят, если что–нибудь омрачит празднества.
– Как пожелаете, госпожа… – и голем также осторожно закрыл дверь. А Смотрительница опять повернулась к визаторам и, рассеянно просмотрев экраны почти пятидесяти из них и уже собираясь встать и пойти в «обход», вдруг резко остановилась на последнем, пятьдесят первом визаторе, показывавшем происходящее в секторе № 51, бар №7, на первом этаже. Там за столиком в дальнем углу сидел какой–то человек, мужчина. Ее внимание привлек уже сам факт того, что мужчина сидел один. Такого быть не могло – если человек выпил хоть один стакан «розовой воды» – а пить ее пили все – человек не мог просто так сидеть один и молчать. Он должен смеяться, танцевать, шутить, бегать на спортплощадке, болтать – в общем, хоть как–то выражать ту бурную радость, которую приносит этот чудесный напиток. Вторая странность была в том, что на его столе ничего не было, кроме блюда с овощами. Пил он только из своей фляжки. А третья состояла в том, что он был одет в зеленый плащ с капюшоном, который полностью скрывал его лицо. В принципе, конечно, носить такую одежду не запрещалось, тем более, что рядом – лес, а в него любили ходить всякого рода охотники. Странность состояла в том, что он не переоделся, направляясь в «релакс»…