Макс не сильно соображал и мысли все еще плавали в легком тумане, так что тот факт, что четырехметровая дверь открывается, как хорошо смазанная калитка в огород его не особо то и впечатлил.
Внутри же здание было намного интереснее. Пол из белого мрамора был сделан с серебряными, бронзовыми и золотыми вставками. Если присмотреться, то в нем можно было рассмотреть огромные часы. Стены были похожи на стены дорогого банка: много мрамора, много света, много завитушек и декоративных элементов.
По центру расположилась высокая лестница.
- Такая была на выступлении Кас. – подумал Макс, и голова снова заболела, от этого слова так, что он закрыл глаза и остановился.
- Вы в порядке? - спросил с легким беспокойством Роб, увидев зажмурившегося Макса.
- Да, голова с похмелья болит. Все ОК.
- Нравоучения не мой конек. Поэтому пусть этим займется кто-то кроме меня. – Роб повернул направо от лестницы, и они подошли к лифту. Четыре лифта, к слову, были попарно расположены с двух сторон от этой самой лестницы, которая вела к кассам. Это были не кассы, но выглядело это именно так. Еще эти небольшие полукруглые окошки были похожи на информационные окна на вокзале. Там сидело трое очень похожих (казалось одинаковых) мужчин в одинаковой одежде, которые активно перекладывали бумаги и ставили печати.
Когда Макс зашел в лифт, то сама ситуация ему показалась знакомой, от чего у него снова заболела голова. Когда через пару секунд боль ушла, Макс спросил:
- Роб, ты же говорил, что в офисе все исчезают и тут никто не работает.
- Не совсем так, мистер Джонс. В офисе все, кроме гидов и Создателей, само собой, без определенных часов действительно исчезают, а доверять такие часы мы персоналу не стали. Так что даже двери приходиться открывать самому.
- А кто эти ребята в холе?
- А… Помните молодого парня за завтраком, когда я вам задавал вопросы по поводу сегодняшнего дела? Это Ник. Его наделили способностью делить себя на сколько угодно копий. Каждая ничуть не сильнее обычной души. Но этого достаточно, так что он может успеть все и даже немного больше.
- Каким еще завтраком? - подумал Макс, - Не помню я ничего.
Роб посмотрел на него с небывалой обеспокоенностью и начал быстро читать мысли. Какого было его удивление, когда он понял, что Макс действительно ничего не помнит.
- Что вы пили?! – Роб повысил тон так, что Макс немного испугался.
- Я… Я не понмю…
- Где вы были после нашей встречи? Всего пару часов прошло!
- Я ничего не помню… - Макс схватился за голову от адской боли и сел, скукожившись в уголке просторного лифта.
Когда двери открылись, Роб поднял Макса за руку, как будто тот ничего не весил, повел по коридору, который по стилю был очень похож на холл, но по свету был немного холоднее, а по украшениям беднее, и посадил на одно из кресел для ожидания возле какого-то кабинета. Сам же он залетел в этот кабинет и хлопнул дверью. Спустя секунду они вышли вместе с Беном.
- Он не помнит ничего, что связано с Майком. Наш разговор и все, что было после он тоже не помнит. Бен, мне не поверят, ОН знает, как я не люблю Майка, ОН решит, что я просто решил обвинить…
- Тихо, Роб, спокойно, еще никого нет, у нас есть пара минут – он присел напротив Макса, который опустил голову на руки, и уперся в колени, не подавая признаков жизни. – Макс, что последнее ты помнишь? – Бен смотрел в уставшие и немного красные глаза спокойно и уверенно.
- Ресторан… Луи потушил скатерть и потом был десерт.
- Дальше… - Бен говорил, как бы помогая мыслям собраться в кучу.
- Дальше я пошел гулять и пошел дождь. Потом я сел в кафе и.. Аааа! – Макс схватился за голову и согнулся пополам.
- Я не знаю, что это, но парня чем-то напоили или что-то вкололи ему. У него в сознании какой-то барьер, что-то вроде занозы. А когда он пытается ее достать – она причиняет серьезную боль. Выход только один… - Бен посмотрел на Роба, но тот сразу возразил:
- ОН не будет этого делать. И сможет ли… Это не часть города, это мысли души.
- Мы все же попробуем ЕГО убедить. – Бен только успел договорить фразу, как зазвенел колокольчик лифта, от чего у Макса от очередных воспоминаний вновь резко заболела голова.
Двери открылись и из них вышла целая делегация людей. Макс узнал бы всех их, если бы помнил завтрак, но это были совершенно незнакомые люди, от которых голова болела, но не сильно, поэтому он даже смог на них посмотреть.