Глава 42
Самуэль Квист ждал в аэропорте посадки самолета, в котором летела принимать его работу Кристина О`Рокк месяц спустя после их первой встречи. Объявили посадку на тот рейс, которым она должна была прилететь, пассажиры стали заполнять коридор. У него всегда была хорошая память на лица, но теперь, сколько он не разглядывал толпу пассажиров, разглядеть приходившую к нему женщину он не смог. Но вот одна из пассажирок делает ему знак рукой. Он подходит ближе и с трудом узнает посетившую его недавно девушку. Она поменяла не только свою внешность, но и выражение лица, жесткость и вызов всему миру читался теперь в ее взгляде.
— Вас, довольно трудно узнать.
Ее лицо на миг осветила улыбка, появилось прежнее выражение лица, а затем лицо снова окаменело.
— Вы сняли дом на окраине города?
— Да, он почти у самой рыбачьей деревушки. Вы можете поселиться туда прямо сегодня.
— Завтра, вы встретите еще одну женщину, которая прилетит в это же время. Ее вы сопроводите в этот дом. А, сейчас мы заедем в какое-нибудь кафе и обсудим все остальное.
Устроившись в ближайшем кафе, они заказали кофе и, выжидая, стали смотреть друг на друга. Кристина вытащила из сумочки сигареты и стала нервно курить. Наконец официант принес кофе, и она заговорила.
— Покажите и расскажите, все, что вы сделали за это время.
— Честно говоря, я не понимаю, что интересного вы нашли в этих мужчинах. Почему вас не привлекает такой высокий, голубоглазый и милый во всех отношениях блондин как я? — Сэм поднял глаза на свою собеседницу и осекся, на него смотрели не два женских глаза, а настоящие лезвия. — Хотите сказать, что такие девушки как вы не встречаются с такими парнями как я?
Выпустив ему в лицо, сигаретный дым Кристина затушила сигарету в пепельнице и с расстановкой сказала.
— Напоминаю последний раз. Ваше финансовое благосостояние сейчас в моих руках, а поэтому заткнитесь. Никаких посторонних тем, и будьте добры дать полный отчет о проведенной работе. Оплата вашего труда зависит сейчас от вашего отчета.
Сэм горько усмехнулся и достал из кармана пачку фотографий.
— Да, вы знаете способ взбодрить своих наемных работников.
— Ближе к делу.
Он разложил на столе несколько десятков фотографий, где постоянно мелькали только два лица. Квист взял в руки чайную ложечку и указал на фотографию мужчины примерно за тридцать.
— Значит так. Этот субъект проводит на одном месте мало времени. Все время какие-то дела, встречи. Свободное время проводит, терроризируя вот этого молодчика — он указал на второго мужчину. В чем дело я пока выяснить не могу. Хотя говорят, что этот молодой работал охранником у первого господина и даже считался его другом.
— Ты можешь достать улики, свидетельствующие о делишках этого господина?
— Ты имеешь в виду толстяка?
— Именно.
— Только фотографии. С местной полицией я не знаком, а найти компрометирующие документы, не зная языка практически невозможно.
— Хорошо, достань мне фотографии, но это должны быть настоящие компрометирующие фото. Чем занимается второй мужчина?
— Живет при церкви на окраине города. На другом конце города открыл школу телохранителей, где учит защищать чужие тела, маленьких и худеньких хозяев с большими карманами.
Кристина закурила еще одну сигарету и задумчиво посмотрела на Сэма.
— Где я могу найти их сегодня?
— Лучшего дня для встречи и не придумать. Оба будут в церкви один, что бы молиться другой, что бы наблюдать за ним. Кстати если толстяк находится далеко отсюда, за ним наблюдают его люди.
— Зачем?
Сэм развел руками в стороны.
— Мне это не известно, но складывается такое впечатление, что толстяк чего-то боится. Слушай, почему я не могу назвать их просто по именам?
Кристина подняла на него глаза.
— Понял, понял. Спасибо за объяснение.
— Я сама позвоню тебе, когда понадобишься. Самостоятельно звонишь только если достанешь улики.
Она положила фотографии и сигареты в сумочку и словно вспомнила незначительную деталь, снова обратилась к Сэму:
— Кстати, эта девушка на фотографиях возле молодого. Кто она?
— Племянница священника, который спас и приютил его.
— Хорошо. Пока.
Кристина ушла, а Сэм еще долго смотрел ей вслед, и когда она совсем скрылась, передразнил ее:
— Пока! И зачем тебе эти уроды, когда рядом есть такой мужчина как я? Да, что с тобой говорить она даже не поймет — сказал он, обращаясь к чашке кофе.
Сэм немного помолчал и подозвал официанта. Подошедшему официанту он горестно шепнул на ухо:
— Виски друг мой. Сердце требует виски — и уже почти про себя добавил. — Тем более, когда он так хорошо оплачен.
Глава 43
Ей оставалось только пересечь площадь перед церковью, и она увидит обоих, сигарета падает из ее руки на землю. Поднявшись по высокой лестнице, она очутилась в церковном пределе. Перед крестом и небольшим алтарем Кристина встает на колени, долго молится. Закончив молитву, она приоткрывает дверь и заглядывает внутрь церкви, в зал, где идет воскресное богослужение.
— Вот один, вот и второй. Пора.
Ее лицо становится совсем другим, решительность и цинизм появляются в ее взгляде, походке, облике. Она взяла в рот жвачку и резко открыла дверь до конца, затем Кристина вошла в главный зал церкви. Богослужение уже давно шло, и опоздавшие прихожане обычно стараются пройти незаметно, но она не старалась идти тише. Ее шаги были слышны во всех уголках и отдавались эхом где-то под высокими сводами потолка. Головы всех сидящих как по команде повернулись в ее сторону, и на ее лице появилась самодовольная улыбка. Да, она добивалась именно этого — шумихи, усиленного внимания вокруг нее. "Я отличаюсь от других. Смотрите, и запоминайте меня" — говорил ее взгляд.
По проходу, печатая шаг, шла девушка, одетая во все черное, большой разрез на длинной облегающей юбке доходил почти до основания бедра, распахиваясь при каждом шаге. Бледное, худое лицо было обрамлено черными длинными волосами. Больше всего в ее облике выделялись ярко-синие глаза, которые отвечали на любой осуждающий взгляд с готовностью дать отпор. Кристина подошла к скамье, где сидел Марио, и что-то сказала охраннику, который сидел с краю. Тот тут же пересел на заднюю скамью, а возмутительница спокойствия села на его место. Прихожане церкви громко обсуждали ее поведение, наполнив гулом голосов всю церковь и заглушив священника на кафедре. Наконец после просьбы священника они замолкли, но некоторые из них продолжали оборачиваться и разглядывать ее. Кристина не оборачивая головы, обратилась к Марио:
— Это вы Марио Сантандер?
— Да, это я. А, кто вы?
— Кристина О`Рокк журналистка из "Монинг стар". Хочу взять у вас интервью.
— У вас может не получиться.
— У меня всегда все получается — она закинула ногу на ногу и, развалившись на скамье, с явным вызовом посмотрела в глаза Марио.
— Даже я считаю такое поведение не допустимым в церкви.
Кристина широко открыла глаза, и вытащив изо рта жвачку, удивленно спросила:
— Так вы об этом? Это пустяки — ее хриплый низкий голос раздался в тишине церкви, головы всех сидящих снова обратились к ней.
— О, простите, я совсем забыла. Я бываю иногда очень шумной — она прошептала, это как бы извиняясь, перед всеми и повернулась к охраннику на задней скамье, который уступил ей до этого место.
— Будь другом найди, куда ее бросить — с этими словами она вложила в его руку свою жвачку, сомкнула его пальцы, и повернулась назад. Совершенно не заботясь о том, что охранник подумает или сделает дальше. Все внимание по-прежнему было направлено на нее, и она снова прокомментировала свои действия:
— Недостаток воспитания со временем сказывается, знаете ли — затем обратилась к Марио — Когда мы сможем с вами поговорить?