«Вакуумный реактивный стратосферный дирижабль с жёсткой оболочкой переменного объёма». О! А «Кузнецом» его сам Генерал окрестил. Была тогда у него фишка насчёт отечественного стратосферного флота.
Только прогресс шибко быстро вперёд ломанулся. Мимо стратосферы и орбитальных комплексов. Современные ракеты прямо с Земли к Марсу и Венере напрямую летают. А мы тут остались. В тылу передовых технологий... В глубоком, глубоком тылу. Без работы, пособий и поддержки правительства.
Отвезу этих бандитов куда просят и отправлюсь на своё любимое место - к Мадагаскару в Индийский океан. Сезон тропических циклонов, конечно, на излёте. Зато можно будет понаблюдать рождение облаков. Опущусь до тысячи метров, поймаю поток тёплого влажного воздуха и вместе с ним плавно, без спешки буду подниматься до шести-семи тысяч. Здесь он начнёт охлаждаться, превращаясь в огромные колонны - кучевые облака вертикального развития. А я поплыву рядом по ветру, не спуская с них глаз и объективов видеосъёмки. Буду смотреть, как облака радуются жизни и свободе, как они разбрасывают в стороны километровые рукава безупречной белизны. Завидую. Хотел бы я быть облаком...
- Командир, - о! Меня зовут. - Как там у нас дела?
- Отлично! - я нисколько не кривлю душой. Потом всё-таки бросаю взгляд на монитор компьютера и уточняю: - Высота две пятьсот, ветер сносит в северо-западном направлении, то есть к цели. Системы работают нормально.
- Спасибо.
Мы прошли горизонт три тысячи, потом четыре. На пяти тысячах наконец засияло солнце. Я чуть раздвинул плечи домкрата, увеличив объём оболочки, и запустил двигатели на холостой ход. Пусть греются, выше - до ста градусов мороза будет. Фиг запустишь...
Десять тысяч встретили нас перистой облачностью, на мгновение прильнувшей к иллюминаторам и тут же отставшей, не оставив даже намёка на влагу.
- Если есть желание подкрепиться, - обратился я к пассажирам. - То самое время. Холодильник и кофеварка в вашем полном распоряжении. Через полчаса начнём разгон. Будет не до кофе.
- А сало е? - спросил кто-то из них дурным голосом.
- Там же есть приличные консервы... - удивился я.
Потом «дошло», но я не стал обостряться и отключился без комментариев. Приятно, что когда-то хватило ума отделить пассажирский отсек от рубки управления. Я тут - на носу, а они в тридцати метрах позади, ближе к центру. Технологический тоннель между отсеками, конечно, есть. Но только для меня. Что очень способствует спокойствию.
Особенно когда всякий сброд в салоне развлекается...
Пятнадцать тысяч. Семнадцать.
Вскоре я развернул «Кузнеца» навстречу координатам цели, дал лёгкий дифферент на корму и перевёл двигатели с холостого хода в рабочий режим. Малый ход, средний... Достаточно. За срочность не надбавят. А вот сэкономленное топливо лишним не бывает.
- Как там? - волнуется Костя.
- Порядок, - отвечаю невозмутимо сдержанно. - Глиссада десять градусов. Через час-полтора будем у цели.
- Это двести штук за два часа? - шипит кто-то из пассажиров.
- Маловато, конечно, - нарочито удручённо вздыхаю. - Но, в порядке благотворительности, иногда могу себе позволить...
И вновь наматывают круги стрелки альтиметра. За бортом - минус девяносто. Только теперь это уже не «всплытие». Мы карабкаемся по весьма призрачной опоре - давление за бортом в сто раз меньше обычного атмосферного. Мы подбираемся к сердцу озонового слоя. Так что скоро «потеплеет». До минус шестидесяти.
***
Объект я увидел не сразу. Радар молчал, что, в общем-то, неудивительно - если человек металлом конструкцию обидел, то и сильного отклика на УКВ ждать не стоит. Так - редкая «семечка» на экране. А вот что оптика «подкачала» - чудо. «Ничего себе краска! - подумал я. - Считай - восемьдесят лет сгинуло, а по корпусу не скажешь»...
Да. Маскировка была удивительной: я сближался на форсированном торможении, но даже с тысячи метров едва различал контуры «немца». А когда спустя пять минут завис над ним, то уважительно покачал головой: эта штука была раз в сто больше «Кузнеца»!
- Мы готовы, Александр, - сухо доложил Костя. - Опускайте трап, и будем шлюзоваться.
Чтобы не отвлекать компьютер от управления двигателями, которыми он малым ходом позиционировал «Кузнеца» в трёх метрах от поверхности дирижабля, я сам разблокировал двери пассажирского шлюза и выдвинул трап, который завис в полуметре от палубы.