Она выглядит просто кошмарно, и во всём виноват он! Он это сделал! Он постоянно над ней издевается. В школе, дома, на улице. Ежедневно.
Подставляет, обижает, обзывается, подзуживает делать это остальных. Из-за него у неё нет друзей. Из-за него никто не хочет с ней общаться.
Ну ничего, он ещё пожалеет. Сам напросился!
Тринадцать лет назад
— Вы видели, что сделала эта дура?
Червяки. Мерзкие дождевые червяки. Она подложила их ему в кровать ночью, а он всех передавил.
Как же гадко они воняют!
И ей опять за это ничего не будет. Ей никогда ничего не бывает за её выходки. Наказывают только его.
Ну ничего, он ей отомстит. Но так, чтобы родители не узнали...
Двенадцать лет назад
— Полоумная! Ты меня чуть не ослепила!
— А ты мне руку чуть не сломал!
— Страшилище! Как же ты меня бесишь!
— Ненавижу!
Одиннадцать лет назад
— Почему я должен там учиться? Я не хочу!
— Ты поедешь и это не обсуждается, — слово отца — закон. Ему никогда не перечишь.
Он знает, почему его отправляют в кадетское училище. Всё из-за этой ябеды! Вечно она незаслуженно обиженная, а он во всём виноват.
И ничего, что это придурошная первой начала, но директор спустил всех собак только на него. Ей каждый раз всё сходит с рук. Потому что эта дура научилась делать невинные глазки.
Гадина! Как же он её ненавидит...
Четыре года назад
— Что значит ты не будешь поступать в военный вуз? А что ты собираешься делать?
— Ничего. Я улетаю в Америку.
— Да кому ты там нужен!
— Точно не вам. У вас есть Зои.
Семь лет прилежного обучения, а ради чего? Никому нет дела ни до его успехов, ни до его желаний. Зато с этой мерзавкой носятся как угорелые. Зоечка то, Зоечка это. У Зоечки скоро выпускной, Зоечке надо выбрать платье. Тьфу.
Детская ревность в борьбе за родительское внимание, может, и осталась позади, а вот ненависть к человеку, который испортил его жизнь, лишь с каждым разом всё сильнее крепнет.
И уже никогда не угаснет
Глава первая. "Снежный Барс"
POV Князев
Неоновые подсветки, музыка, кумар распаляющегося искусственного дыма и красивые девочки, танцующие у шестов... Что ж, не самое худшее место, чтобы отпраздновать возвращение на родину. Правда было бы что на этой родине ещё делать.
Предки всё равно свалили жить в Испанию. Отцу нехило фортануло на работе и частые командировки привели к тому, что пару лет назад они решили перебраться в Европу на ПМЖ.
Впрочем, обслуживающая их официантка, тонкие ниточки вместо одежды у которой едва ли что-то прикрывают, несомненно, радует глаз. Особенно после долгого перелёта, потому что я даже домой не заезжал. Пацаны меня прямо у аэропорта подобрали. И сюда притащили. Отметить.
— Эй, Князь, ну что? Пьём за то, что Штаты выперли беженца обратно? — это у Комара такой тост.
— Типа того.
— И какие планы дальше?
— Те же самые, — дёргаю плечом в неопределённости. — Планирую открыть тату-салон.
— И будешь у себя главным клиентом, — хмыкает друг, многозначительно кивая на мои татуировки. — А там почему накрылось?
— Сложно объяснять. Много факторов.
— Родакам говорил, что вернулся? — спрашивает Мартынов.
Помимо него и Комара, с нами ещё сидят Огурец с Веником. Со всеми мы знакомы с песочницы и чего только не чудили по шальной голове. Местные бабуленции во дворе нас ненавидели. Едва ли не каждый день ходили жаловаться взрослым, угрожая детской комнатой.
Тогда я их ненавидел, но спустя годы начинаю понимать. Всё же бросать петарды в открытые окна первых этажей было не самой гениальной затеей, но что взять с малолетних придурков, у которых в мозгах свистел лишь шальной ветер?