– Я знала, что ты разумный человек. Тогда сначала заедем на фабрику, а потом повидаем доктора Карлсона.
Они ехали по Бродвею, и Отэм смотрела в окошко. На фасаде чуть ли не каждого второго дома красовалось имя «Осборн».
– Не понимаю я этого города. Все ведут себя так, как будто эти Осборны какие-нибудь боги. Иногда мне даже начинает казаться, что город их боится.
– Город от них зависит. Осборны им нужны, чтобы выжить. Для города Осборны – то же самое, что Господь Бог. Особенно Дуглас.
– Вот как? – сказала Отэм, подняв красивую бровь. – А сей великий муж и по воде тоже ходит?
– Еще бы! А когда дела идут совсем плохо, он приносит с небес вино и засыпает землю… черствым хлебом.
Отэм сидела прислонившись спиной к стене. За стеной она слышала шум каких-то тяжелых станков. Напротив нее перед дверью с табличкой «Менеджер м-р Мартин» сидела секретарша. Она уже почти закончила заполнение анкеты, когда за дверью раздались громкие и злые мужские голоса. Отэм вопросительно посмотрела на Эллу.
– Похоже, это Дуглас и Брайан. Судя по тому, что я слышала, они сцепились как кошка с собакой.
– Мы ведь только что его видели. Как он сюда добрался так быстро?
– Он водит машину быстрее меня. – Элла усмехнулась и закатила глаза. – Ух, как он гоняет! Частенько можно наблюдать, как он летит на своей красной машине по Мэйн-стрит, а его по пятам преследует шеф Хедли.
Отэм улыбнулась и снова принялась за анкету, но голоса зазвучали громче, и она подняла голову.
– Нет, ты не будешь! – донесся сердитый голос.
– Я уже сделал это, папа. Я хочу заниматься археологией.
– Ты – Осборн. Однажды этот город будет твоим, и ты должен быть готов взять на себя ответственность. Менять специальность на археологию глупо, идиотизм, и я этого не допущу.
– Ты ничего не можешь поделать.
– Черта с два! Я вышибу тебя из колледжа под зад коленом и верну домой! Я не допущу, чтобы ты тратил свою жизнь, играя с какими-то гребаными мумиями!
– Ни хрена у тебя не выйдет. Мне уже двадцать два, и денег, которые мне оставила мама, хватит и на колледж, и на все, чего я пожелаю.
– Конечно, – в голосе послышалось отвращение, – у тебя есть несколько сотен тысяч, и тебе кажется, будто ты богач. При твоем пристрастии к игре тебе этого не хватит даже на выпивку и женщин!
Отэм посмотрела на Эллу, которая зацокала языком.
– «Всего несколько сотен тысяч», – прошептала она. – Бедный мальчик.
Элла усмехнулась и снова посмотрела на дверь, из-за которой доносился уже настоящий крик.
– Ты просто упрямишься!
– И ты тоже, папа!
– Я что, слишком многого прошу – чтобы мой единственный сын работал вместе со мной?
– Мы не можем работать вместе. Я совершенно другой человек, не такой, как ты. Ты одной рукой даешь, а другой отбираешь. Я видел, как ты вытащил человека из ямы, только чтобы тут же дать бедолаге по зубам, – он еще и на ноги встать не успел. Год за годом я вижу, как ты превращаешь своих братьев в послушных роботов. Со мной такое не пройдет. У меня своя жизнь, и я намерен прожить ее по-своему.
Раздался стук, как будто бы упал стул, а потом загремел голос Дугласа, в котором звучала ярость:
– Хватит с меня этого дерьма! Катись обратно в колледж и все устрой как надо. Через неделю я желаю услышать, что ты поменял специальность. Это приказ.
– Засунь свой приказ знаешь куда… Я приеду домой на каникулы. Тогда еще раз обо всем этом поговорим.
– Брайан, вернись сейчас же! Я еще не закончил.
– Нет, закончил.
Отэм кинула взгляд на Брайана, когда он вышел в приемную. Юное лицо покраснело от злости, но глаза были тревожными и немножко грустными. Ей стало его жалко, и она слегка улыбнулась. Тень узнавания промелькнула в глазах молодого человека, он внимательно посмотрел на нее. Потом повернулся на каблуках, выпятил вперед челюсть, обогнул секретаршу и исчез в длинном коридоре.
Отэм встала и подошла с анкетой к женщине, сидевшей за столом. Секретарша взяла ее заявление и улыбнулась:
– Сейчас у нас нет свободных мест, но мы обязательно свяжемся с вами, как только что-нибудь появится.
– Как вы думаете, мне долго придется ждать?
Женщина поглядела на дверь кабинета, потом на Отэм.
– Боюсь, что да. Видите ли, наша политика изменилась. Мы хоть и принимаем заявления, но мистер Осборн приказал брать только квалифицированных работников. На обучение швеи требуется шесть недель, и мы теряем деньги, если она не полностью выполняет норму. Вы понимаете?
У Отэм на языке уже вертелся резкий ответ, но здравый смысл подсказал ей, что секретарша ни в чем не виновата. Приказы отдавал Дуглас Осборн, именно он решал, кому работать в Эдисонвилле, а кому нет.