- Мамочка, я увидел в окно, как вы подъехали, и сразу же побежал открывать двери, - сообщил он и тут же добавил, - а Алекса нет дома.
- Как нет дома? - последовал удивлённый вопрос. - А где он может быть в вечернее время?
На удивленный вопрос пришло неожиданное объяснение:
- Он вместе с Юлей пошёл к её родителям: их с малышом вчера выписали из больницы.
Данное известие Лина восприняла с непониманием и, зайдя в квартиру, она сразу же стала звонить новым родственникам. Телефонную трубку поднял отец невестки, то есть сват. Поздравив молодого деда с рождением внука, она попросила:
- Передай Алексу, чтобы он срочно пришёл домой: нам очень нужна его помощь.
В квартире сын появился мгновенно. Его глаза светились от радости, а на лице большими буквами было написано: «Я счастлив». В потоке юношеского восхищения переплетались счастье, любовь и радость, а ещё... вокруг него прыгали лучики ещё не ушедшего детства.
- Сынок, как же так получилось, что Юлечку неожиданно выписали? – спросила Лина.
Алекс, улыбаясь, рассказывал:
- Да я и сам не ожидал. Я пришёл в больницу после обхода врачей, и вдруг известие: нас выписывают.
- Какой же ты ещё у меня ребёнок, - тихо обронив слова, она поцеловала своего мальчика.
Да, он и вправду был ещё ребёнком – молодому папе не было даже восемнадцати.
- Я узнал об их выписке в субботу утром, - рассказывал Алекс на высокой, эмоциональной волне. - Мамуль, но ты же понимаешь, что мне хотелось с кем-то поделиться радостью – вот я и помчался к другу: к Грише, мам, к Грише. Ты же знаешь, что он рядом с роддомом живёт. А затем закрутилось колесо праздника: такси, родственники и договорённость о времени встречи.
Алекс продолжал улыбаться и радоваться: в его радости вибрировало жившее в нём детство. У Юли была ещё родная, младшая восьмилетняя сестричка – и вот эта крошка с большим букетом цветов вместе со взрослыми шла встречать своего племянника. Праздничные сборы происходили ускорено, но получилось всё замечательно. Позже, весь праздник встречи Лина посмотрит по видеозаписи, которая стала подарком в жизни молоденьких родителей и их малыша.
Процесс знакомства папы с сыном был тёплым, словно солнце, но её, как бабушку, в данном жизненном круговороте особенно удивила абсолютно иная информация. Внука зарегистрировали прямо в роддоме, в котором работало отделение ЗАГСа, и молодым родителям сразу же при выписке торжественно вручили свидетельство о рождении их первенца. Неожиданностью для Эвелины стало решение её детей назвать сына Артуром. Она от услышанного известия реально онемела, но Алексу по этому поводу говорить ничего не стала. Имя ей нравилось: оно было редким и гордым – её удивление скрывалось вовсе в ином.
- Откуда такой выбор имени и как это связано с тем, что мне сказал брат? – задала она себе вопрос и тут же поняла, что мысленное желание Влада материализовалось.
Ещё до рождения малыша будущие родители обговаривали множество вариантов мужских имён, но об имени Артур речи никогда не было и его даже никто не вспоминал. Отправив сына во двор к брату, чтобы заносить вещи, Эвелина решила задержаться: ей от услышанной новости необходимо было эмоционально успокоиться. Всё происходящее казалось каким-то чудом и загадкой.
- Нашего с тобой внука назвали Артуром, как всё это объяснить, я не знаю, - выйдя во двор, сообщила она Владмиру.
Было видно, что от полученного известия у брата перехватило дыхание, а глаза, налившись слезами, стали по-детски добрыми. Да вот только спрятать внутреннюю печаль за эту доброту ему так и не удалось: она, словно острое лезвие, кромсала его Душу. Больше эта ситуация ими не обговаривалась, каждому стало ясно – это был Божий промысел, и разгадать его человеку не под силу. Вся ушедшая история в воспоминаниях Лины осталась болезненным пульсированием. Она не раз напоминала, что не зря выражение: «чужая Душа – потёмки», скрывает в себе сокровенное психологическое состояние лично каждого. Всем сердцем ей дано было почувствовать, как десятилетняя давность гибели человека живёт во внутреннем мире брата постоянной виной перед памятью убиенного, и забыть он это не в силах.