- Будут убирать род... будут убирать.
В своё время она пыталась доказать брату, что он живёт искажённо и это хорошим не закончится. Но, увы…
- Что ты хочешь? Тебе что, машину отдать? – слышала она слова Влада, которые впоследствии преследовали её, будто изуродованный призрак.
Как ей достучаться до человека, который оглох навечно?
- Как?.. Как?..- мучил её один и тот же вопрос, и казалось, что это «как» долбит её молотом по голове.
Убрать его глухоту оказалось невозможным, да, наверное, этого и не стоило делать. Понимать осознано тот создавшийся психологический процесс Лина стала только сейчас, а тогда она старалась, и старалась изо всех сил, чтобы её услышали. Ей хотелось помочь своим родным людям восстановить взаимопонимание в семье и наполнить их мир любовью. Через время брат все-таки заплатил десятину через машину, но, даже пережив страшную бурю в судьбе, так никто на тот момент ни над чем и не задумался. Да разве только на тот?.. Понимание к ним так и не пришло, а вернее, они его блокировали одним-единственным словом – деньги. Это слово клонировалось в их сознании и занимало, словно вирус, каждую клеточку в родовом организме.
Лину не слушали, а точнее, просто игнорировали, и даже смерть отца никого добрее не сделала. На следующий день после его похорон мама начала лукавить перед дочерью. Она рассказывала ей, что последняя воля папы была переписать на Влада землю, которая досталась ему при разделении колхоза. Её самый родной человек изворачивался и сетовал:
- Жаль, очень жаль, что он не успел сделать это документально, через нотариуса.
Дочь, молча, всё понимая, слушала её сетования. Шла грязная, лживая игра, и Эвелина за всем этим наблюдая со стороны, удивлялась жадности близких людей.
- Сколько… сколько ему надо, чтобы он насытился? – внутренне спрашивала она себя.
Брат и нотариуса посетил так, чтобы Лина об этом не знала – он пытался переоформить на себя документы на право владения землёй раньше положенного срока. Сразу ему это сделать не удалось, как бы не повезло. В нотариальной конторе он получил законное разъяснение о том, что его сестра имеет такое же право на наследство, как и он. Владмиру пришлось лукаво выжидать время, чтобы снова завладеть очередной родовой частицей добра. Его всё глубже и глубже затягивала гнилая психологическая трясина, и он всем своим яством продолжал утверждать:
- Я прав… Я во всём прав. Мне… Всё должно принадлежать мне и только мне.
Лина видела, сколько бы брату не давали земных богатств, ему постоянно было мало и мало. У Влада начался эмоциональный кризис, и проявлялся он через энергетический голод – в его организме шла явная энергонедостаточность жизненных сил. И снова Божественная мудрость подсказывала:
«Наследство, поспешно захваченное вначале,
не благословится впоследствии».
Родители переписали на него своё нажитое имущество до последней нитки, и даже то, что было нажито семьёй деда, досталось ему, как внуку, в дар. Вернее, так решила их мама. Неожиданная смерть отца дала возможность заполучить ещё один лакомый кусочек – его землю. Наблюдая за всем этим круговоротом лжи, Лина всё понимала, но никуда не вмешивалась. Она не стала подавать заявления нотариусу на право наследства потому, что всё это для неё было чуждо и не по-человечески гадко. Сестра готова была отдать Владу все материальные и моральные наследия, только бы ему было хорошо, понимая, что при искренних отношениях всё решается по взаимной договорённости. Память не переставала возвращать сознание в те годы, когда всё её яство внутренне отказалось от всего так называемого добра, только бы Владмир чувствовал себя комфортно и был счастлив.
Слова: «наследство» и «наследственность» указывает на то, что человек при получении любого наследства, становится на след своего рода или того человека, от которого получает его. Вместе с материальными благами наследнику передаётся и энергетическая программа, заложенная ранее в процесс накопления определённого земного сокровища. Немногие люди задумываются над тем, что любые следы всегда имеют свою энерговибрацию, и в этой вибрации виден как Свет, так и тьма, а чаще – серость.