В определённых ситуациях дети часто не находят взаимопонимания и начинают конфликтовать друг с другом. Ребёнок, у которого присутствует энергетическая недостаточность, становится обидчив, часто плачет, и от нехватки внимания занижает свою самооценку. Бывают случаи, когда при таких отношениях в семье у маленького человека появляется агрессия и вырабатывается программа мщения, которая по заданной программе, без какого-либо сбоя, разрушает его будущее, вернее, корежит его судьбу. У детей же с энергетическим избытком выражена требовательность к близким и окружающему миру. У них растёт психологическое качество эгоизма и жадности, и именно оно, это качество, со временем делает из человека деградированную личность. Вред подрастающему организму приносит и чрезмерная похвала, которая своим всплеском приводит ребёнка к кумирству, то есть к самовозвышению.
Такие отношения взрослых к детям формируют в растущем человеке личностную гордыню, и проявляется она в дальнейшей жизни через завышенную или заниженную самооценку. Чтобы человек правильно оценивал себя и своё пребывание на Земле, его энергетический баланс должен быть гармоничным, то есть без так называемых энергопробок. Формирование психологического комфорта абсолютно у каждого начинается с самого детства, и именно он – гармоничный комфорт, является фундаментом будущей судьбы.
- Что посеешь, то пожнешь, – вновь вспомнила Эвелина слова Иисуса.
Посеянная в детстве родительская энергия прорастает во взрослой жизни абсолютно всех, без исключения, и пожинают этот урожай не только взрослые, но и их дети, внуки и правнуки до седьмого колена. Нынешнее время на Земле имеет непростую энерговибрацию, так как старые методы воспитания основательно устарели и нуждаются в усовершенствовании. Как ни странно это звучит, но в воспитании, а вернее в перевоспитании, изначально нуждается старшее поколение, с той целью, чтобы они – предки, могли находить подход к своим детям и психологически их не уродовать. У Эвелины было такое ощущение, что мир находится в радиационной зоне, которую создали сами люди, и спасти его может только Высшая сила. Женскому сердцу иногда хотелось кричать:
- Взрослые дяди и тёти, ваши дети не могут питаться испорченной энергетической пищей, они, подрастая, погибают в алкогольной и наркотической зависимости, а ещё в склоках, осуждении и претензиях к жизни. В вашей невидимой грязной оболочке организм будущего живёт в зоне психологического отравления. Глухие взрослые, меняйте своё мировоззрение, и ваши дети при таком изменении станут получать чистое жизненное питание! Им нужен Свет. Слышите, Свет! Свет!!!
Память, память и снова память... Память совершает чудеса в судьбах людей и если к ней относиться правильно, она всегда укажет на совершённые ошибки, а ещё старательно поможет их исправить. Возвращаясь в детство, Лина помнит, как для родителей Влад всегда был какой-то необъяснимо-особенной изюминкой, а дочь просто стала в семье приложением к младшему ребёнку. Не смотря ни на что, она с маленьких лет любила своего братика и была его защитой от старших ребят, которые устраивали уличные разборки. Только время… Да, именно оно объяснило Эвелине то, что ей Господом было даровано много любви, и она, пользуясь этим источником, умела бескорыстно делать добро. Часто от своей неопытности девочка направляла любовь не в то русло, в которое было положено, и делала глобальные ошибки. Впоследствии она ответила за них перед жизнью жёсткими испытаниями, в которых струилась сплошная боль… бесконечная ноющая боль и предательство тех, которым она делала добро. Страшное предательство…
ГЛАВА 23
Внимание женщины снова привлёк стук колёс, создававший музыкальный ритм движения вперёд. За окном проснулось прелестное утро, и солнышко поднималось всё выше и выше. Лина заметила, что её другом в пути стало окно, которое давало информацию о красоте внешнего мира. Она не всегда в этом движении могла понять, где же находится её сущность – в реальном настоящем или в реальном прошлом. Рождалось глубинное понимание – без прошлого не бывает будущего, а без будущего – настоящего. Её мысли перемещались во временных полюсах и, словно ручейки, сливались в один широкий речной поток.