Видимо, усталость все же взяла верх над Ванюшкой, и он сказал Олегу:
— Ладно, неси теперь ты.
Олег бережно принял от друга круглую, похожую на большую сковороду мину. Прижал ее к животу и через рубашку почувствовал холод металла.
— Вань, а Вань, может, и танк на нее налетит.
— Может, и налетит, — согласился Ванюшка.
Конечно, если быть очень точным, то Лысая гора вовсе и не была горой, а просто возвышенное место. Но в окрестности — самое высокое. А Лысой называли, наверное, потому, что здесь не росли большие деревья, а только кое-где топорщились низенькие кусты.
Через этот кустарник ребята вышли к дороге. На ней было пустынно. Ямку копали сапожным ножом. Долбили грунт поочередно: один работал, другой стоял на часах. Лишь раз на шоссе появилась со стороны Опочки машина. Мальчишки, схватив мину, отбежали на обочину и залегли в кустах. Машина с солдатами в кузове на большой скорости пронеслась мимо.
Ребята вновь вышли на дорогу. Вскоре ямка была готова, и Ванюшка бережно опустил в нее мину. Олег достал из кармана запал и ввернул его в очко корпуса мины. Так же быстро вдвоем присыпали они ее грунтом, а сверху — серой, как пепел, дорожной пылью.
— Порядок, — сказал Ванюшка и смахнул с кончика своего острого носа капельку пота. — Теперь ходу…
Заснуть Олег не мог. В полночь он услышал сильный шум. Догадался — по дороге двигалась колонна машин. Но взрыва не было.
Утром мальчишки встретились на бывшей школьной спортивной площадке. Ванюшка был хмурый. Сплюнул и сказал:
— Запал, знать, дрянной попался. Нам бы бикфордов шнур.
«ТОЛЬКА ИЗ РЕСТОРАНА»
Кончалось лето 1942 года. На деревьях желтели листья. Уже несколько дней Олег встает рано. Уже несколько дней он ходит на работу.
В Опочке размещалась веркшафткоманда (рабочая команда). Ей принадлежал большой гараж. А при нем находилась автомастерская. Сюда-то и определился Корнев работать учеником слесаря.
Русских рабочих в гараже десять. Одиннадцатый — немец. Ефрейтор Альберт. Он старший. Была у него, конечно, фамилия, но все почему-то называли его по имени. Это был уже пожилой человек с мясистым, крупным носом. Ефрейтор немного говорил по-русски. От рабочих гаража Олег узнал, что Альберт шофер и что он их не обижает. Только когда в гараж заглядывал кто-либо из начальства, Альберт вдруг менялся. Лицо у него становилось злым, и он поминутно покрикивал:
— Быстро работать! Быстро!
Работа в гараже Олега устраивала. Ему выдали арбейтен паспорт, а с ним можно было ходить по улицам без боязни, что тебя схватят и отправят в какой-нибудь лагерь. Олег получал и паек. Его хватало едва на неделю, но все же это было поддержкой для матери.
Александра Денисовна заметно изменилась после того, как отец Олега Максим Михайлович Корнев ушел из Опочки с Красной Армией, предварительно спалив склады с хлебом.
Как-то Олег от рабочего гаража услышал, что если в масло, что заливается в картер автомобиля, подсыпать песку, то такая машина далеко не уедет. Позже, когда он стал незаметно для других это делать, убедился, что рабочий говорил правду.
Однажды в воскресенье на бывшей школьной спортивной площадке, теперь превратившейся в пустырь, собралось десятка полтора мальчишек. Они не впервые собирались тут. Играли, вспоминали о том, как здесь было хорошо до оккупации.
Появлялся иногда на пустыре и парень, которого ребята называли «Толька из ресторана». Было ему лет восемнадцать. Он мало разговаривал, а чаще слушал, о чем говорят другие.
И в этот раз он посидел с мальчишками, послушал, что они рассказывают, а затем встал и отозвал в сторону Олега и Ванюшку.
— Знаю, вы неразлучные, поэтому у меня дело сразу к обоим, — сказал Толька. Помолчав, спросил: — Могли бы вы понаблюдать за дорогой Ленинград — Киев?
— А чего за ней наблюдать? — заметил Олег. — Дорога как дорога.
— Не за самой дорогой, — сказал Толька, — а нужно смотреть, какие машины пойдут по ней, в какую сторону, какие знаки на них, что везут. Посчитать эти машины.
— Понятно, — сказал Ванюшка. — А зачем это?
«Толька из ресторана» нахмурился:
— Надо… Приглядывался к вам. Вроде ребята не болтливые, надежные. Так согласны или нет?
Ванюшка ответил за двоих:
— Мы согласны.
— Тогда договоримся так: встречаться будем здесь, на пустыре.
Он быстро ушел, словно куда-то спешил. А Ванюшка и Олег еще долго обсуждали неожиданно полученное задание. Кто этот Толька? Фамилию его они не знали, как не знали фамилии и многих других ребят и парней, которые приходили на пустырь. Он для них существовал как «Толька из ресторана», тем более что был не из местных, а появился в городе после оккупации.