То, что он рассказал, для Олега было большой неожиданностью. Оказывается, и отец Ванюшки Иван Дмитриевич Шпилькин тоже разведчик. Но связан он с другим отрядом — отрядом, который действовал возле деревни Рясино.
— Как же ты об этом узнал? — удивился Олег.
— От отца и узнал, — ответил Ванюшка, не вдаваясь в подробности. — Теперь будем обмениваться сведениями: которые соберет он, передаст нам, а мы ему — свои. У отца сведения почище наших!
В этом Олег не сомневался. У Ивана Дмитриевича возможности вести разведку были немалые, — он служил бухгалтерам в местной комендатуре.
Иван Дмитриевич до войны работал в Опочке главным бухгалтером конторы «Заготзерно», где работал и отец Олега. Человек он интеллигентный. Худощав, среднего роста. Из-под пенсне, которое он никогда не снимал со своего острого носа, смотрели внимательные и чуточку насмешливые глаза. Олегу почему-то казалось, что Иван Дмитриевич все про него знает. Правда, Шпилькин-старший при Олеге никогда на эту тему не заговаривал. Вообще, он был скуп на слова…
В один из апрельских дней ранним утром Александра Денисовна растолкала спящего сына:
— Олег, Олег, беда!.. Шпилькиных арестовали.
Олег вскочил как ужаленный:
— Как арестовали?!
— Чуть свет приехали из гестапо. Все в доме перевернули и увели Ванюшку и Ивана Дмитриевича…
В этот день на работе у Олега ничто не ладилось. Вопрос, почему Шпилькины провалились, не давал покоя. Назойливо преследовала его и другая мысль: «Выдержит ли Ванюшка в гестапо?» Вспоминались его слова, произнесенные после ареста «Тольки из ресторана»: «На кусочки меня режь, ничего не сказал бы».
Некоторое время Олег жил в смятении. Но шли дни. Никто его не трогал.
СВИДАНИЕ НА КЛАДБИЩЕ
Она тихо постучала в дверь и вошла в комнату. Ей было не больше шестнадцати. Тряхнула прядью черных густых волос, бойкие глаза метнулись по лицу Олега, и, будто старому знакомому, она протянула руку:
— Здравствуй. Я — Иванова Рая. Тебе записка…
Все это было так неожиданно, что он даже растерялся и неуверенно принял от нее записку. В ней две фразы:
«Мороз, согласен ли ты продолжать работать или боишься? Краснофлотская».
Сердце у Олега ошалело забилось: «Краснофлотская» — это же кличка Тони! Обрадованный, спросил:
— Ответ сразу писать?
— Желательно, — важно сказала Рая. — Я подожду.
Он писал торопливо:
«Согласен. Завтра в шесть часов вечера встреча на кладбище. Мороз».
Рая быстро спрятала записку за воротничок платья.
Олег был на седьмом небе от радости.
Пришла Александра Денисовна. Глянула на сына!
— Эка какое лицо у тебя счастливое.
Не мог же Олег сказать матери, что он действительно сегодня очень счастлив. И ни он, ни мать не подозревали, что вот сейчас радость Олега будет омрачена.
Не успела Александра Денисовна снять верхнюю одежду с себя, как пришла сестра Ванюшки Мария. Мать Олега сразу к ней с расспросами: мол, что слышно о Ванюшке и Иване Дмитриевиче?
— Всё в тюрьме сидят, — вздохнула Мария. Посмотрела на Олега: — А тебе, может, лучше из города я деревню уйти?
— Почему? — насторожился Олег.
— Да мало ли… Вон Тоню, знакомую Ванюшки с улицы Урицкой, арестовали сегодня. А ты все время с Ванюшкой водился.
— Тоню арестовали? — упавшим голосом спросил Олег.
Мария еще несколько минут поговорила с Александрой Денисовной и ушла. Для Олега наступившая ночь была мучительной. Уснуть он не мог. Как же так? Ведь он только что получил от Тони записку. А возможно, она написала ее раньше, и Рая держала записку при себе, а передала ее ему только сегодня? И вообще, кто такая Рая? Может, все специально подстроено? Но как же тогда Тоня передала с ней записку? А что ее писала «Краснофлотская», в этом Олег не сомневался. Он и раньше через Ванюшку получал от нее задания, изложенные в записках, и они были написаны таким же почерком. А может, почерк подделан?
Утром Олег помчался на улицу Урицкого к своему знакомому Тольке Басову.
— Что случилось? — спросил тот. — Чего в такую рань?
— Думаю, дай перед работой загляну к тебе, а то слух прошел, будто на вашей улице аресты были и облава.
Басов удивился:
— На нашей улице? Весь день вчера дома был и не слышал, чтобы кого-либо забрали.
Теперь Олегу у Басовых делать было нечего. Он спокойно пошел на работу.
В тот день на кладбище он пришел чуть раньше назначенного срока. Неторопливо ходил по утоптанным дорожкам, пока не увидел двух девушек, которые шли прямо к нему. Одну он сразу узнал — это была Рая. Вторая — старше ее лет на пять, невысокая, худенькая. Олег догадался, что это и есть Тоня.